— Я так устал от того, что они обращаются со мной как с гребаным ребенком, — сказал я, когда мы с Маттео направились ко входу в «Сферу».

Маттео усмехнулся и в сотый раз провел рукой по волосам. Однажды я собирался вырубить его и сбрить его чертовы волосы, дабы остановить его раздражающее прихорашивание.

— Тебе семнадцать, Лука. Пока не мужчина, — он подражал голосу дяди Готтардо в раздражающем совершенстве, включая гнусавый оттенок, который вызвал во мне желание вырвать его голосовые связки из горла.

Я видел страх в его глазах — тот же самый страх, который я видел в глазах многих людей с тех пор, как раздавил горло Джуниору. Готтардо смог извергнуть эту чушь только потому, что считал себя в безопасности, как мой дядя. Я не мог поверить, что мой отец поверил ему и Анджело… или, может, он не верил и наслаждался их унижением. Он определенно повысил свою охрану с того дня, так что он знал, что среди нас все еще были предатели.

— Я больше мужчина, чем они вместе взятые. Я убил больше мужчин, трахнул больше девушек, и у меня большие яйца.

— Поосторожнее с эго, — усмехнулся Маттео.

— У тебя прыщ на лбу, — пробормотал я. Это была ложь, но учитывая тщеславие Маттео, я знал, что лучше всего отплатить ему за то, что он был невыносимым мудаком большую часть этих дней.

Как и было предсказано, Маттео тут же ощупал свою кожу в поисках оскорбительного изъяна, затем прищурился и опустил руку. Я закатил глаза и усмехнулся.

Мы подошли к вышибале «Сферы». Он поприветствовал нас коротким кивком и отступил назад, чтобы пропустить, когда парень в начале длинной очереди, ожидающей разрешения войти, закричал.

— Эй, мы здесь первые! И этот парень недостаточно взрослый, чтобы находиться в клубе.

Мы с Маттео посмотрели на идиота. Он имел в виду Маттео, и, конечно же, он был прав. В пятнадцать лет Маттео определенно не разрешалось находиться в таком ночном клубе, как этот, но и мне тоже — только с моим ростом все считали меня старше.

Мы с Маттео переглянулись и подошли к большеротому. Часть его бравады соскользнула, когда я остановился прямо перед ним.

— Какие-то проблемы?

— Есть законы, — сказал он.

Маттео сверкнул своей акульей ухмылкой, которую недавно усовершенствовал, проведя слишком много часов перед зеркалом.

— Может быть, для тебя.

— С каких это пор мальчиков пускают в клубы? Это выпускной или что? — большеротый сказал нашему вышибале.

Маттео уже собрался выхватить нож прямо на глазах у всех, и я уже было собрался позволить ему это сделать, когда в очереди заговорила девушка.

— По-моему, он не похож на мальчика, — кокетливо сказала она в сторону Маттео.

— Ты выглядишь, как моя следующая победа, — добавила девушка рядом с ней, улыбаясь мне.

Я приподнял бровь.