Я кивнул, но мой разум продолжал проигрывать смерть моего кузена. Мои глаза были прикованы к невредимым шлюхам, задаваясь вопросом, был ли кто-нибудь из них вовлечен в это.

Маттео подошел ко мне.

— Черт. Не могу поверить, что наш собственный кузен пытался убить нас.

— У тебя был нож, — сказал я.

— Ты же знаешь, я никогда никуда не хожу без него, — сказал Маттео с тревожной усмешкой.

— Больше никогда не останусь без своих чертовых пистолетов.

Ромеро подошел ближе, слегка дрожа.

— Думаешь, твой дядя и другой кузен были замешаны в этом деле?

— Возможно, — пробормотал я."

"Я сомневался, что Джуниор сам придумал этот план. Это соответствовало характеру Готтардо, что он уговорил одного из своих сыновей на это вместо того, чтобы рисковать собственной жизнью. Трус.

— Зачем он так рисковал? Даже если бы ему удалось убить нас, все равно остался бы твой отец, и он отомстил бы за тебя, — сказал Ромеро.

— Нет. — процедил я сквозь зубы. — Если бы мы с Маттео были настолько глупы, что нас убил Джуниор, отец счел бы нас слабыми звеньями. Он позволил бы Нине родить ребенка, и тогда у него был бы новый наследник. Конец истории.

Маттео поморщился, потому что это была правда. Мы оба это знали.

— Мне нужен выпить, — прорычал я в сторону одной из шлюх. Она бросилась к бару и налила мне виски, прежде чем принести его мне. Сделав глоток, я внимательно посмотрел на нее, и она опустила глаза. — Ты знала?

Она резко покачала головой.

— Нет. Нам сказали, что будет вечеринка в честь дня рождения, и мы должны будем танцевать. На этом все.

Я подошел с бокалом к одному из кресел и опустился на него. Шлюха, чье горло перерезал Джуниор, лежала рядом в луже крови.

В конце концов, Маттео, Чезаре и Ромеро сели напротив меня, пока мы ждали отца и его людей. Больше делать было нечего. Мы убили Джуниора и его друзей, поэтому не могли их допросить, а Готтардо и Анджело были в Вашингтоне. Я поймал на себе взгляды Ромеро и Чезаре — смесь уважения и шока.

Маттео покачал головой.

— Блядь. Не так я хотел провести этот день.

Отец, его советник Бардони и несколько солдат прибыли примерно через час.

Отец едва взглянул в нашу сторону, прежде чем направиться к моему кузену.

— Ты раздавил ему горло? — спросил он, осматривая то, что осталось от Джуниора. Я уловил нотку гордости в его голосе. Мне не нужно было его гребаное одобрение.

Я молча кивнул.

— У меня не было никакого оружия, потому что я предполагал, что был членом семьи, а не гребаным предателем. Он поперхнулся предательской кровью.

— Как тиски, — прокомментировал Маттео.

— Лука-Тиски, — сказал отец со странной улыбкой.

• ── ✾ ── •Был чертовски длинный день, длинные недели, одно испытание за другим. Я хотел убить каждого из моих дядей.