Гвардейцы притаскивают к костру поваленные брёвна в качестве сидений, Руна невольно начинает петь, ей в том аккомпанируют Люси, Мышь, Алиса и Гайка. Песню я узнаю едва не сразу. Да и как её не узнать, если ещё на Земле я пел её со своими одногруппниками на сходках, в походах, да даже в детском лагере!

— Чей-то случайный ход,

Фатальный поворот.

Мы друг друга на этой спирали

Обретали и снова теряли

И остается нам,

Холодным городам,

Просто ждать, когда станет теплее!

И дышать, ни о чём не жалея!

Так пускай наступает холодным рассветом на нас новый день!

Всё останется в этой Вселенной!

Всё вращается в этой Вселенной!

Возвращается к нам, запуская круги на воде,

Ничего не проходит бесследно!

Ничего не проходит бесследно!

В этот вечер на нас не налетает волна порождений Системы. Мы не встречаем новую фракцию. И не случается неожиданный мировой квест, определяющий будущее всего мира Системы.

Песни, улыбки, немного сидра и вкусное рагу с печёной картошкой. Разве много нужно человеку для счастья? Порой в таких мимолётных моментах и заключается наша жизнь.

Нужно их ценить, как и людей, которые нас в эти самые моменты окружают. Ценить и оберегать. Всеми силами. Любой ценой.

Ведь иначе… для чего мы вообще нужны?

* * *Проходит трое суток, как мы следуем за руслом реки. Как я и предполагал, она действительно уходит дальше на юго-восток. Что интересно, чем дальше мы продвигаемся, тем всё ближе становимся к Великой Стене.

Скалы становятся всё отвесней, всё выше, уже практически доходя до высоты, на которой мы летим. И это ведь совсем не предел!

Кажется, будто бы нас затягивает в каменные непроходимые джунгли.

— Не нравится мне всё это, — произносит Малой. — Как бы нас не зажало между этими громадинами.

— Будем надеяться, что этого не случится, — пожимаю я плечами. — Всё равно иного ориентира, кроме этой реки, у нас просто нет в наличии. Если же залезть на территорию Парижа…

— То одна-единственная гигантская баллиста может поставить крест на всей экспедиции, верно, — вздыхает Малой. — И всё же…

— Лорд Шурик! — неожиданно ко мне обращается Третий. — Кажется, у нас проблемы!

Кивнув Малому, я направляюсь к мужчине.

— Что стряслось?

— Сами посмотрите, — протягивает мне подзорную трубу Третий, — Прямо по курсу.

Я прикладываю к глазу трубу и всматриваюсь вдаль. Прямо перед нами вырастает каменная стена. Она тянется до самого небосвода, и чем ближе мы к ней, тем она кажется всё выше и выше. Мы оказываемся практически вплотную к Великой Стене? Так быстро? Но что тогда насчёт реки?

Её течение вьётся между камней.