Неповоротливые твари частенько сталкивались друг с другом, пытаясь ухватить меня. Да и моя «телепортация» работала исправно, позволяя избегать любых атак. Правда, она отнимала больше маны, чем обычно, поскольку я находился на территории Пустоши, пропитанной миазмами Хаоса.

— Тебе конец, человечек! — в ярости выхаркнул один из зверолюдов, сражающихся против меня.

Он отбросил винтовку и отцепил от седла длинное копьё с хищно блеснувшим стальным наконечником, имеющим специальные зазубрины, которыми так удобно выдирать из жертвы внутренности.

— Вот уж хренушки! — выпалил я и выпустил друг за другом пару «взрывов энергии».

Один угодил в покрытую доспехами грудь хаосита, заставив его защитный амулет ярко вспыхнуть на шее. Тот потерял около семидесяти процентов заряда.

А уже второй мой атрибут впечатался в лицо гаду и взорвался зелёным энергетическим пламенем. Амулет сумел погасить часть взрыва, но после этого безжизненно потух, и оставшаяся мощь моего атрибута выжгла до кости физиономию зверолюда.

Тот с диким воем упал на землю и принялся кататься по ней. Но буквально спустя миг на его голову случайно наступил ездовой монстр другого зеролюда. Череп сочно хрустнул под лапой чудовища, превратившись в окровавленную кожаную тряпку, украшенную осколками костей и комочками мозга.

Хаосит рефлекторно дёрнул ногами и безжизненно затих.

— Благодарю, — насмешливо бросил я бойцу, чей зверь прикончил раненого ублюдка.

— Убью-ю! — завыл зверолюд и наставил на меня винтовку.

Но с таким же успехом он мог бы попытаться попасть из рогатки по комару. «Телепортация» в очередной раз выручила меня, позволив уйти от стального шарика, вылетевшего из ствола оружия хаосита.

— Бесполезно, — ухмыльнулся я и развернулся на всю мощь, швыряя в противников и их зверей «взрывы энергии».

Всего через полминуты в этой части коридора в живых остались только я да какой-то бесстрашный серый зверёк. Он выглядывал из норки, вырытой в стене. Все остальные превратились в кучи окровавленной плоти, имеющей ту или иную степень сохранности. Одна из жабоподобных тварей и вовсе лишилась головы, когда я швырнул магию в её распахнутую пасть.

— Спасибо, что зашли на огонёк, — бросил я трупам и посмотрел на Козлова, Грехова и Шилова.

Из имперцев только они втроём ещё были живы, а прочие люди вперемешку с телами хаоситов уже валялись на земле, не подавая признаков жизни.

Под трупами и тех, и других образовались лужи крови, поблёскивая в сиянии «светлячков». Из искорёженных смертью тел торчали сломанные кости, пронзившие кожу, повисшую бахромой. В доспехах зияли оплавленные дыры, а воздух наполнял стойкий металлический запах и мерзкий хохот жреца Тира.

Он лишился всех своих подчинённых, но его, кажется, это совсем не волновало.