Сам посуди – случись что-нибудь с тобой и Джеком… В общем, даже людей, которые могли помочь отомстить за вас, я бы не собрал. Они остались там, за «ленточкой». Вот и сидел, думал, что смогу сделать в одиночку…

– Ты старый, обезумевший болван. – Я покачал головой.

– От такого слышу, – ответил Карим и усмехнулся. – Ну что, Медведь? Будем собираться в дорогу? И правда – какого черта мы забыли в этих местах? Едем! Туда, где вообще людей нет и никогда не было.

– Поедем, Карим. Обязательно поедем. Только сначала добудем тебе комнату и встретимся с Виктором.

– Когда он вернулся?!

– Он, как выяснилось, никуда и не уезжал, – медленно сказал я. Все-таки немного устал. Надо отдохнуть. Веки тяжелые. Сейчас бы в душ – и спать. И чтобы ни одна живая душа не посмела меня будить.

– Я так и думал…

– Если ты думаешь, что две недели в камере – это его рук дело, то ты ошибаешься. Все гораздо сложнее. Ладно, давай сейчас к консьержу – и спать. Завтра поговорим.

21 год по летоисчислению Нового мира.

К югу от Рио-де-Жанейро

Бухту, расположенную в ста километрах от Рио-де-Жанейро, знали все местные жители. Правда, говорить о ней не любили. Еще меньше было тех, кто бы осмелился бросить здесь якорь, несмотря на хорошие глубины и источник пресной воды на берегу. Эта гавань пользовалась дурной славой. Она давала приют всем, кто не боялся поставить на кон свою шкуру. Контрабандистам, прибрежным пиратам и просто искателям приключений.

Своими очертаниями бухта была похожа на след от лошадиной подковы, что и послужило причиной для названия – Herradura. Иногда, чтобы подчеркнуть ее роль в местном бизнесе, бухту уважительно называли Grande de Herradura[46].

Высокие серые скалы, окружавшие ее, были украшены яркими зелеными пятнами. Ползучие кустарники, похожие на «старосветский» плющ, чья неестественная зелень лишь подчеркивала безликость и холод гранита. Единственное светлое пятно – широкая ложбина, доходящая до отливающего желтизной песчаного берега, и небольшой водопад на северном берегу бухты.

– Добро пожаловать на борт «Катарины», господа! – По палубе навстречу нашим путешественникам шел коренастый мужчина лет пятидесяти пяти. Загорелое лицо, открытая улыбка и широкополая шляпа. – Рад вас видеть, сэр! – Шкипер уважительно дотронулся до края шляпы и лишь потом пожал руку Полю.

– Рад вас видеть, капитан! – ответил Нардин-старший и взялся за рюкзак.

– Вы такой же непоседа, как и раньше, сэр! – покачал головой мужчина и повернулся к остальным. Он весело улыбнулся, блеснув хорошими зубами. – Здравствуй, Карим! Ты совсем не изменился, старый греховодник.