Оказывается, несчастная Зоя была замужем за настоящим тираном, неуправляемым скандалистом, который дома распускал руки, а на службе постоянно строчил кляузы. У Зои Андреевны было два сына, но оба умерли. Килькина не хотела более иметь детей, да муж заставил ее родить третьего младенца. Иван Петрович очень огорчился появлению дочери и первый год беспрестанно орал на Зою, обзывая ее бракоделкой. Но потом смирился и начал сам воспитывать девочку.

В результате маленькая Настя ругалась матом, как прапорщик, и терпеть не могла мать. Иван Петрович поощрял хамство дочери и по вечерам любил слушать ее доклады. Настя садилась около него и по-военному четко рапортовала:

– Зойка купила на рынке мясо, дорого взяла, не торговалась! Еще твою рубашку утюгом спалила, в мусор сунула, думала, я не замечу!

– Молодец, доча, – хвалил Иван Петрович, а потом шел разбираться с женой.

Маленькая Настя наслаждалась криками матери и подзуживала отца. Несмотря на постоянные метания из города в город, Настя отлично училась, но педагоги постоянно вызывали мать в школу и жаловались на дочь.

– Груба, никого не слушается, жестока, изощренная хамка…

Один раз Зоя Андреевна расплакалась и сказала мужу:

– Больше не пойду к классной руководительнице!

Странное дело, но Иван Петрович не стал, как обычно, дубасить жену. Он неожиданно спокойно сказал: «Ладно», – и отправился в школу.

Вернувшись с собрания, отец впервые отвесил дочери оплеуху и сказал:

– Дура! Хитрее надо быть! Не дома, а в школе находишься! Там улыбайся! Поняла?"

"Настя вытерла слезы.

– Да, папочка.

– Молодец, – похвалил отец и велел: – Зойка, сюда!

Матери досталось по полной программе.

– Сука, – вопил муж, орудуя ремнем с пряжкой, – позволяешь учителям девку гнобить. Перестань орать, хуже вломлю. Запомни, чмо, если кто на Настю наезжает, пасть открывай и говори: «Девочка отличница, заткнитесь! А то жалобу напишу!»

Бросив рыдающую жену на полу, Иван Петрович ушел. Настя подошла к матери и со злорадством заявила:

– Чего, решила, меня накажут за поведение? Ха, не надейся. Вот скоро ты сдохнешь, мы с папочкой вдвоем жить станем!

Но получилось иначе, первым скончался Иван Петрович.

Настя на похоронах рыдала так, что у немногочисленных провожающих кровь стыла в жилах. Зоя Андреевна, как ни старалась, не сумела выдавить из себя ни слезинки.

Не успела земля на могиле осесть, как вдову вызвали к местному начальству.

– Тебе лучше уехать, – нервно сказал полковник.

– Куда? – испугалась Зоя.

– Не знаю, но побыстрее, – велел тот.

Зоя впервые стала сопротивляться.