Пытаясь устроиться поудобнее, он немного поерзал и наконец удовольствовался позой, при которой большая часть его веса приходилась на одну ягодицу.

Внизу, по-видимому, собралось довольно много народу, но наверху, во тьме заброшенного балкона, не было никого, кроме Ребуса и пожилой четы. Потом он услышал, как в проходе между рядами стучат каблуки. На мгновение шаги затихли, и Ребус, вынужденный поднять голову, увидел, что ему улыбается высокая крупная женщина.

— Не будете возражать, если я здесь сяду? — спросила она. — Вы ведь никого не ждете?

В ее взгляде сквозила надежда. Ребус, вежливо привстав, покачал головой.

— Я так и думала, — сказала она, садясь рядом.

Он улыбнулся в полутьме и внезапно припомнил неестественно застывшую, смущенную улыбку Майкла. Неужели его привела в такое замешательство встреча со старшим братом? Нет, тому наверняка была более серьезная причина. Майкл улыбался как мелкий воришка, в который раз попавшийся с поличным. Необходимо поговорить с ним, расспросить, что происходит.

— Я часто хожу сюда играть в бинго. Но сегодня тут, по-моему, тоже будет весело. После того как умер мой муж, — многозначительная пауза, — мне не сидится дома, хочется куда-нибудь выбраться. Наверное, со многими так бывает, правда? Вот я и решила пойти сюда. Не знаю, что заставило меня подняться наверх. Судьба, наверно. — Ее улыбка стала еще шире. Ребус улыбнулся в ответ.

Ей было за сорок. Некоторый перебор косметики и духов, но сохранилась неплохо. Болтала она так, точно много дней ни с кем не разговаривала, точно ей важно было доказать, что она еще не потеряла дар речи и не разучилась внятно объясняться. Ребусу стало жаль ее. У него было что-то общее с этой женщиной — одиночество, быть может? — совсем немного, но было.

— А вы как здесь оказались? — Она пыталась втянуть его в разговор.

— Пришел на представление, как и вы. — Он не решился сказать, что гипнотизер его брат. Неизвестно, как она на это отреагирует.

— Вам нравятся такие зрелища?

— Мне раньше не доводилось на них бывать.

— Мне тоже. — Она опять улыбнулась, на сей раз заговорщически, почти уверенная, что они понимают друг друга. К счастью, начали гаснуть последние светильники, а на сцене появилось световое пятно. Объявили начало представления. Женщина открыла сумочку и достала шуршащий пакетик леденцов. Один она предложила Ребусу.

К своему удивлению, Ребус обнаружил, что представление ему нравится — правда, далеко не в такой степени, как сидящей рядом женщине. Она покатывалась со смеху, когда доброволец из публики, оставив на сцене брюки, делал вид, будто плавает взад и вперед в проходах между рядами. Другого «подопытного кролика» Майкл заставил поверить в то, что тот голоден как волк.