— До тех пор наши младшшшие братья будут отдаватьссс за него жжизни, иначе даже здесссь он умрет от иссстощения.

— Но он очнется? — уточнила Виктория. Ветер, только что оглушавший ревом, затихал. Успокаивался и спящий.

— Дассс, — прогудел огромный собеседник. — Раноссс или поздносс его рассум и тело придут к согласссию, и память вернетсся, и ипоссстассси сольютссся…

— Нам бы лучше рано, — посетовал барон.

— Пробуйтессс, — повторил дух. — Затемссс я вассс и пуссстил…

— Отлично, — Мартин с азартным предвкушением размял пальцы. — Вики, чур я первый. Что там у нас для пробуждения от виталистического сна?

— Ускорение дыхания, повышение уровня адреналина…  — откликнулась Виктория, профессиональным взглядом окидывая герцога.

— Какая ты умная, — восхитился барон. — Но для начала мы его просто потрясем…

За следующие полчаса маги перепробовали все, на что хватило сил и фантазии, меняясь у хрустального ложа, либо действуя одновременно. Не помогло ни ""потрясем"", ни приведение сердечного ритма к ритму бодрствующего, ни слабые электрические разряды — от них у герцога всего лишь на мгновение мелькнули клыки в оскале, — ни ментальные толчки, которых обычно хватало, чтобы пробудить даже перенесшего несколько виталистических процедур, ни множество других способов.

— Бесполезно, — наконец, признал Мартин. — Он на укусы реагирует активнее, чем на наши потуги, Вик. Хоть самому кусай.

Виктория отступила, тяжело кивая. Очередная змея усыхала, вцепившись лорду Лукасу в бедро. Он снова глубоко дышал, дергался, словно силясь проснуться, глаза двигались под веками. Ветер за стенами вновь набирал мощь.

Воздушный дух, молча наблюдавший за усилиями гостей все это время, разочарованно свивался серебряными кольцами.

— Значит, зряссс я вассс привел, — прошелестел он, покачиваясь. — Значитссс, пока человекссс в нем не ссстанет сссильнее, не осссознает себя, ссвои желания, потребноссссти, чувссства, он не просссснетссся… Всссе… уходитессс… и помнитессс… никому, никомуссс не говоритьссс про то, что вы тут былиссс…"

"Снова загудела, заревела буря за кружевными стенками усыпальницы. Зашевелились губы лежащего на хрустале герцога.

— Марина, — хрипло выдохнул он, и рванула от него ментальная волна, на этот раз мощная, плотная.

""Марина"", — вторил ему ураган снаружи, затихая отголосками имени где-то далеко.

Мартин обернулся, с сомнением посмотрел на Викторию. Она его поняла.

— А если здесь появится та, кого он зовет? — озвучила она общую идею.

— Какиессс умныессс этиссс людиссс, — прошипел дух ехидно. — Бессс вассс бы не догадалиссссь.

— Он мне Макса напоминает сейчас, — пробурчал Март в сторону жены.