Громкий хлопок больно бьет по нервам. Рядом лежит хромированный блестящий пистолет. Белых листов я боюсь куда больше.
Но еще сильнее страшит мужчина, который сидит напротив меня.
Грозный, опасный и очень злой.
– Я уже сказала, что не буду подписывать этот контракт! Я не согласна изображать вашу жену!
Бандит морщится, я снова его раздражаю.
– Перестань верещать. Ты постоянно орешь, с этим нужно что-то делать, – берет в руку ствол и начинает ненавязчиво им поигрывать. – Тебе и не нужно ничего подписывать. Твой дядя сделал это за тебя, Марьяна. Продал услуги двойника, как владелец агентства.
– Но у меня другие планы, своя жизнь, в конце концов! Отпустите…
– Куда? – откровенно смеется, рассматривая меня с привычным пренебрежением. – Дрыгать ногами на сцене в подтанцовке? Об этом ты мечтаешь? Я с лихвой заплачу тебе за услуги. Изобразишь мою жену, пока я ее не найду, а потом проваливай хоть в Америку, хоть в Тимбукту.
– Вы не понимаете… – трепещу от страха, но всё равно пытаюсь вырваться на свободу. – Это безумие. Я не хочу. Ищите свою жену и отстаньте от меня!
– Заткнись и слушай! – рявкает Рамиль Басманов, подтверждая статус главного криминального авторитета города.
Глава 12
Рамиль
Девчонка сбежала. Об этом мне сообщил растерянный водитель по телефону, явно готовясь к неминуемому увольнению. Голос звучал глухо, парень точно собирался податься в бега.
Но не выйдет. За свою оплошность он дорого заплатит. Я позабочусь, чтобы в этом городе он не смог найти приличную работу.
Облапошила, получила паспорт с визой и спустилась по балконам. Тяжелое детство в интернате, сирота с пацанскими привычками. Такие трюки ей по плечу. А я обманулся ее слезами, поверил, что сдалась.
А она непокорная и упрямая, не готовая подчиняться. Такую запросто не сломаешь. Но я не имел цели сломать – мне всего лишь нужны были ее услуги. Поначалу…
Да, сначала я воспринимал ее лишь как наемную работницу, так похожую на мою жену, что впору тест ДНК делать.
Но теперь, когда я вспоминал огонь в ее глазах, их непокорный блеск, даже ее бесконечную трескотню и глупые вопросы, что-то внутри слабо, неповоротливо ворочалось, словно потревожили великана, охраняющего своим телом сокровище.
Неуютное чувство свербело в груди, а низ живота наливался жаром. Напряжение в паху мешало думать. Она завела меня, дикая кошка, ее захотелось укротить, чтобы мурлыкала и ластилась. Подо мной. В моей постели.


















Комментарии
Добавить комментарий