Все правильно, если идти нормально, фотографы запечатлеют исключительно зад, и кто тогда тебя узнает?

В конце концов она добралась-таки до Полканова, тот схватил поднос и сказал Кириллу:

– Вот тебе замечательные вивики!

– Мимики, – звонко поправил «больной», – это герои не мультика «Лес», а персонажи кино «Чаща», оно идет по каналу «Квартира».

Лицо Елизаветы заметно вытянулось.

– Вадим, вы можете еще раз передать мальчику поднос? – закричали из толпы.

– И окликните ребенка громко по имени и фамилии, – попросил мужчина, который держал над толпой длинную конструкцию с микрофоном в чехле из искусственного меха.

– Как его зовут? – свистящим шепотом осведомился Полканов, повторяя манипуляции с подносом.

На секунду повисло молчание, и я поняла: Елизавета учла все нюансы, тщательно выстроила мизансцену, но забыла незначительную деталь, не поинтересовалась именем настоящего больного ребенка, которому Вадик сейчас от всего щедрого сердца вручает презент. И тут Кирилл решил, что настал его звездный час.

«Инвалид» бодро сел в постели, уставился в камеры и зафонтанировал:

– Меня зовут Кирилл Лагутин.

Я мечтаю сняться в главной роли в небольшом фильме, серий на пятьсот. Я очень талантлив! Пригласите меня, пожалуйста!

Вадим остолбенел, журналисты быстро защелкали фотоаппаратами. Лиза выскочила на середину комнаты:

– Господа, прошу вас проследовать во двор, под навес, там накрыт фуршет.

– У нас вопросы к мальчику! – крикнула девушка в ярко-зеленом платье.

– Вы же видите, ребенок болен, находится под воздействием лекарств, он несет чушь, проявите понимание и сострадание, – нашлась Елизавета.

– Мы хотим мимиков подснять, – загудел парень с камерой и, не дожидаясь разрешения, велел: – Вадим, возьмите игрушки в руки.

– Нет, – заорала Лиза, – никогда!

Но Полканов уже успел взять фигурки.

– Люди, вас ждет угощенье, – надрывалась Елизавета, – селедочка-водочка.

Пресса гурьбой повалила на выход, а я пошла в кухню и снова налетела на рыжего Ваню с ноутбуком, теперь рядом с ним стоял Марат и говорил:

– Заканчивай с этой ерундой.

Узнает Нинка, пошлет тебя далеко-далеко.

– И как она поймет? – произнес парень. – Это безопасный маневр. А я зато теперь в курсе. Во врунья! Мне набрехала, что к матери подалась, мол, та заболела, а сама с подружками в СПА намылилась. Приеду туда и посмотрю на ее хитрую рожу.

– Дурак ты, Ваня, – с укоризной сказал Марат. – Вот тогда Нинка точно скумекает, что ты в ее компе шаришь.

Иван ничего не ответил, он с утроенной скоростью застучал по клавишам.