Несколько лет прошли в спокойствии, потом заболела и умерла Саша. Малиновский тяжело переживал потерю, сам чуть не умер и спасся только любовью к внуку. Мальчика он обожал, проводил с ним все свободное время и ради него допустить разоблачения никак не мог.

И судьба будто колебалась, то готова была изобличить врага, а то жалела мальчика, для которого станет тяжелейшей травмой узнать, что любимый дед – нацистский преступник и убийца.

В тот день Малиновский в прекрасном настроении поехал выполнять просьбу зятя – забрать чертежи у некоего Михальчука.

Сейчас Малиновский утверждает, что так и не узнал Мишу Михальчука. Якобы хозяин открыл ему, вдруг схватился за сердце, упал и умер.

В принципе, такое могло произойти. Бедный дядя Миша Самоделкин много лет пытался самостоятельно вычислить Малиновского и, когда внезапно увидел его на пороге своей квартиры, больное сердце от волнения дало сбой.

Малиновский же тихонько захлопнул дверь и ушел, будто его и не было, чтобы не попадать в поле зрения милиции, хотя если бы он сделал искусственное дыхание и вызвал «Скорую», Михальчука, возможно, удалось бы вернуть к жизни.

Снова хищник счастливо избежал ловушки, но не успел толком отдышаться, как судьба увлекла его в новый капкан. Ордынцев положил его к себе в отделение «прокапаться», и тут оказалось, что медсестрой здесь трудится не кто иная, как Любовь Красильникова.

Матерый разведчик допустил серьезный просчет, в свое время не выяснив, каким именно образом состоялась ускоренная регистрация брака дочери. Если бы он размотал всю блатную цепочку, то, естественно, никогда в жизни не сунулся бы к зятю в отделение."

"А так неожиданно встретился с Любовью Петровной, которую знал еще лучше, чем сестру, потому что она трудилась в секретариате абвергруппы, и когда это подразделение эвакуировали из-под окрестностей Орла в связи с наступлением советских войск, Надя осталась дома, а Любовь уехала с немцами.

Малиновский думал, что она или погибла, или осталась на Западе, в общем, никак не ожидал встретить ее в качестве простой медсестры.

И снова судьба ему благоволила. Он заметил, что сосед по палате Глодов проявляет хорошо известные в рабочей среде симптомы белой горячки, и понял, как легко отвести от себя подозрения.

Любовь Петровна сама предложила ему поговорить после вечерних процедур и назначила встречу в гипсовой, только Малиновский не стал ее слушать, он не мог рисковать теперь уже не ради себя, а ради внука.

Он задушил ее, подбросил очки Глодова к телу, а бедному алкоголику положил в карман медицинскую шапочку своей жертвы и отправил его в гипсовую, уверив, что там бедолага спасется от любых опасностей.