— Понял я, государь, — склонил голову Ступка. — Могу я младших сыновей с женами и родовичей с десяток семей с собой взять? Из тех, кто потолковей.

— Бери, конечно, — кивнул князь. — Там люди нужны такие, чтобы к нашим порядкам привычны были. К тебе еще словен из-за Дуная пригонят. Весной поход будет.

— По-о-нял, — протянул староста. — Догадывался, что непросто будет, но чтобы так!

— Зато награда какова, а? — улыбнулся князь. — Знатным человеком будешь, и дети твои тоже, и внуки. Год — другой, и в шелк оденешься."

"— Я все понял, государь, — встал староста. — Пойду я? Мне с большим боярином Лютом много чего обсудить нужно.

— Иди, — махнул рукой князь. — По теплу в путь готовься. Готовь инструмент, зерно и людей. Корабли дадим. Если леса мало будет, из словацких земель плоты пригоним.

Староста вышел, а князь глубоко задумался. С ханами авар пока все получилось. Он сыграл на их жадности и страхе. Пока они не смеют перечить ему, а потом должны будут почувствовать свою выгоду. Паннонские словене переселятся поближе к новому городу, создав вокруг него широкий пояс из деревень. Они распашут плодороднейшие залежные земли, расселяясь по бывшим аварским пастбищам. Срочно нужно строить крепость, а ручеек мастеров из Бургундии понемногу пересыхает. Франки спохватились, и просто перестали выпускать их из своих земель. Как и других мастеров, впрочем. Епископы взвыли, новые монастыри и церкви стало некому строить. Бригады каменщиков уезжали из Бургундии вместе с семьями, а оставшиеся взвинтили цены на свою работу. А ведь еще нужно отстроить Братиславу и пару крепостей в Баварии. Друг и деловой партнер Гарибальд тоже жаждет защитить свои богатства от хищных франков.

Что ж, придется учить своих. ПТУ организовать, что ли? — тоскливо думал князь. — Точно! ПТУ!

— Боярина Николая ко мне! — крикнул он служанке, а когда римлянин, руководящий Ремесленным Приказом, вошел в покои, спросил:

— У тебя мастер из Бургундии покалечился, помнишь?

— Помню, конечно, — удивленно кивнул Николай. — Домой его отправили на той неделе. Жаль, добрый мастер был, и человек неплохой.

— Догнать, вернуть, жалование положить, как прежде, — приказал Самослав. — Будет для нас новых мастеров учить.

— Святой Мартин, помоги мне! — раскрыл рот Николай. — А так что, можно было?

Глава 42

Февраль 627 года. Константинополь.

Доместик Стефан тщательно раскладывал серебро по кучкам. Теперь у него был отдельный кабинет, где никто не мог помешать ему, даже патрикий Александр, который по-прежнему работал в ставке императора, посылая гонцов с указаниями. Стефан отчитывался лично перед протоасикритом, к величайшему облегчению декана Евгения, который теперь даже не скрывал своего ужаса, общаясь с бывшим подчиненным.