Ему сунули в руку кубок с ягодной водичкой. Он жадно выпил и громко объявил: —Жив-здоров и едет домой!

Все выдохнули, но собранные в поисковую дружину воины поехали навстречу Иван Иванычу. Их дело было встретить наследника, выслушать его и на месте решить, учинять ли следствие или вернуться с ним в Кремль. Через пару дней весь город вышел встречать царевича. Люди искренне радовались ему, а в церквях прошли службы во здравие его.

Дуняша отстояла службу в церкви при Кремле среди ближних боярынь царицы. Исхудавшая от переживаний Мария Борисовна благодарила бога за счастливое возвращение сына домой, а Евдокия молилась за всю царскую семью.

При выходе из церкви она заметила стоящих поодаль Балашёва и Илью с воями. Возвышенное настроение боярышни уступило место деловитости, и она нетерпеливо посмотрела на замешкавшуюся Марию Борисовну, собравшуюся раздавать милостыню.

Царица вместе со своими ближними женками уже спустилась со ступенек, и боярышня хмуро пригляделась к толпящимся попрошайкам. Она отвыкла уже видеть их в таком количестве, но здесь, видимо, сытно им было. Нахмурив брови, Евдокия высматривала ложно-страждущих, но, к её удивлению, убогие начали торопливо произносить здравицы царице, отказываясь от милостыни или вовсе разбегаясь.

Евдокия проводила взглядом прыткого дедка, убегавшего от её взгляда с молодецкой удалью, но вмешиваться не стала. В другой раз не спустила бы обмана, но сейчас ей хотелось помочь людям, а не разоблачать беспринципных хитрецов. Она отвязала от пояса свой кошелек, но оставшиеся попрошайки резво засобирались по своим делам, и Мария Борисовна начала растерянно вертеть головой.

Когда царица нашла взглядом Дуню, то боярыни принялись весело рассказывать друг другу обо всех случаях внезапного исцеления там, где появлялась Доронина.

Евдокия же впервые ходила молиться с царицей и её очень удивила реакция мнимых калек. Она даже не подозревала, что местные нищие давно держатся от неё подальше. А в церкви, куда она ходит, стоят только погорельцы или пришлые из окрестных земель.

— Так что, они все здоровы? — растерянно спросила Мария Борисовна ближних.

— Вряд ли все, матушка, но многим предлагается работа по силам, а старательных направляют в Кошкинские мастерские за приставляемыми руками, ногами или в лекарни, чтобы облегчить страдания.

— Знаю об этом. Я же сама делаю вклады на это богоугодное дело. Так ты думаешь, что… — царица не договорила, но и так было понятно, кого она прикормила.

— Многим проще жить, как птичкам божиим, — благонравно ответила одна из ближних, вкладывая копеечку в руку жёнки с детьми.

— Да уж какие птички? Милостыней они больше заработают, чем честным трудом, — резко поправила её боярыня Наталья. — Права Евдокия, что не даёт им жизни.