Уже даже открыла рот, чтобы предупредить княжьих воёв об иглах, но Игнасио дёрнулся, оперевшись на державших его людей, а сам высоко задрав ногу, ударил Юрия Васильевича по бедру. Никто ничего не понял — удар получился нелепым, смазанным, но пола кафтана и штаны он порезал.

— Осмотрите его сапог! — в волнении велела Евдокия, хотя уже догадалась, что там был выдвигающийся в носке нож.

Её приказ немедленно исполнили и облегченно доложили:

— Слишком мал, чтобы серьёзно поранить, — констатировал княжеский сотник.

Юрий Васильевич непонимающе смотрел на небольшой порез на ноге, смысла в нём не было.

— Если только не отравлен, — прошептала боярышня и бросилась к дону. — Что за яд ты использовал? Говори!

Игнасио снисходительно улыбнулся и приподнял брови.

— Ну-ка боярышня, дай я спрошу, — прогудел у неё над ухом сотник и, как только она подвинулась, резко ударил его.

Неожиданно взревел слуга Игнасио и пытаясь вырваться, почему-то приложил все силы, чтобы дотянуться до своего хозяина. Пару раз он даже ударил его.

— Да оттащите вы этого медведя! — взревел сотник.

— Не убивать! — рявкнул князь и тут же закашлялся, увидев бросившуюся к нему Евдокию.

Она присела, развела ладошками порванную одежу и вгляделась в рану. Надавила, заставляя ее кровить.

— Душа моя, что ты делаешь?

— Потерпи, княже, — пробормотала она и сунулась носом прямо в рану. У Юрия аж мурашки по телу побежали.

Возня за спиной стихла и один из воев воскликнул:

— Тварь, он его убил!

Евдокия оглянулась и увидела, что изрядно побитого остолопа скрутили, а дон Игнасио лежал мертвее мертвого.

Князь решительно двинулся вперёд, чтобы начать распоряжаться, но Дуня преградила ему дорогу:

— Сначала твоя рана.

Юрий Васильевич, миленький, прошу тебя. Плевать на них! Твои вои разберутся, а нам надо идти.

Он с улыбкой посмотрел на неё и позволил себя увести. О себе князь сейчас не думал. Он был счастлив, что успел найти её, и она рядом. Давешний страх за её жизнь сейчас отдавался слабостью и почему-то онемением. Нога стала ватной, не слушающейся…

— Княже! — воскликнула Евдокия. Он ободряюще улыбнулся ей. — Держите его! Несите ко мне!

Воины подхватили заваливающегося князя и поспешили за побежавшей впереди боярышней.

Она ворвалась к себе в покои, показала им, куда класть князя и отрывисто повелела:

— Принести воды и пустой таз. Быстро, исполнять!

Воины побежали, а в дверях появился сотник.

— Вихря? — уточнила Евдокия и получив согласный кивок, произнесла: — Слугу дона раздеть, осмотреть, не вшито ли чего под кожу, не спрятано ли что в волосах. Все забрать и дать ему другую одежду. Из портов вытащить веревку."

"Брови у сотника взлетели вверх, но задумчиво посмотрев на неё, он отошёл, чтобы передать указания своим.