Да, я влюбилась! До безумия! До остановки дыхания! И пусть мы едва знакомы, это мало что меняет. Чувства в груди горят по-настоящему.

- Мяу? – Из утренней неги выдернуло настойчивое мурлыкание пушистика. Кот терся о голую ногу мягкой шерсткой и лукаво сверкал зелеными глазищами.

- Верно. Пора одеваться. Сегодня завершим уборку второго этажа и если успеем, вечером я займусь приготовлениями к празднеству. Ступай, предупреди кухарку – позавтракаю на кухне. А я побежала в горячий душ.

… Часы за работой летели незаметно.

Замок плавно преображался из угрюмого и мрачного как склеп строения в светлый и уютный княжеский дом. Бытовая магия стала истинным спасением.

До обеда я, кухарка, две ее дочери и сын избавились от лишнего тряпья, переклеили обои в комнатах второго этажа, привели в должный вид дверные косяки, окна и ванные комнаты; обновили старинную мебель, придав ей свежий вид, лоск и красоту. А ближе к вечеру, валясь от усталости, я в компании новых знакомых, устроилась за кухонным столом, взявшись обсуждать новогоднее торжество.

Опыт в этом деле у меня уже имелся.

Я легко организовала празднество в отремонтированном особняке

Рейнаров, и была готова принять уважаемых гостей, но этому помешало подлое предательство личного телохранителя.

Печалиться и унывать – не собираюсь. Знаю, Фредерик, бросивший меня на верную смерть в морозном лесу, сполна ответит за своё злодеяние.

Чуть позже. Сейчас же всем вниманием владела подготовка к княжескому балу."

"Зал был определен, вычищен от грязи и выметен от пыли. При помощи бытовых заклинаний мы переместили внутрь столы, диванчики, кресла и, оставив мебель до утра, спустились на кухню. И теперь за чашкой вечернего чая с клубничными пирожными обговаривали угощения для гостей.

От беседы отвлек волнительный мужской баритон, что прошелся по спине жарким ветром.

- Вы чудесно потрудились, госпожа Летта. Замок заметно преобразился. Я искренне вам благодарен.

Я на секунду замерла, а затем оглянулась.

В простенькую кухню для прислуги вошли Эван и Уолес Дорман.

Князь был в элегантном светлом камзоле, его длинные белоснежные волосы, сплетенные в косу, покоились на мускулистом плече.

Один взгляд в серебряные глаза и в душе вспыхнула щемящая нежность. А тело, помня искусные ласки, что дарили крепкие мужские пальцы и уверенные теплые губы, содрогнулось в приятном ознобе. На моих губах мелькнула улыбка, и тотчас померкла – стоило столкнуться с ледяным взором городского главы.

- Ваша Светлость, - избегая прямого взгляда на Дормана, поднялась из-за накрытого стола, - добрый вечер.

Эван приветливо кивнул, жестом позволил прислуге расслабиться, а после достал из кармана стопку писем.

- Добрый, Летта.