И Ормонд решил озвучить свои догадки, чтобы проверить, насколько верно он разобрался в ситуации.

– У герцогини ди Ресталь, – начал он, – не так много возможностей. Ведь она не может действовать самостоятельно. Все свои поручения она передавала тебе или Нордену, больше на острове у леди Инесс нет доверенных людей. Доверенных настолько, чтобы по ее приказу совершить убийство или… поднести яд в пирожках.

Пирожки он упомянул не случайно и явно попал в цель. Катрина всхлипнула и закрыла лицо руками. Ормонд продолжил.

– Судя по тому, что мы увидели в лесу, в твоих услугах герцогиня больше не нуждается.

Она собиралась избавиться от тебя и оставить при себе только Нордена. Но его мы тоже поймали. Он обезврежен и не сможет никому причинить вреда. Правда, есть один нюанс…

Ормонд замолчал, ожидая, когда Катрина посмотрит на него. Понадобилось всего несколько секунд, чтобы служанка отняла ладони от лица.

– Какой? – хрипло спросила она, снова схватившись за шею, но уже сама убрала ладонь.

– Мы не можем обвинить Нордена в убийстве, потому что, как ты понимаешь, убийства не произошло. Поэтому у нас только два пути.

Или отпустить вас обоих и подождать, когда он все-таки настигнет тебя и убьет уже по-настоящему…

– Или? – спешно перебила девушка.

– Или ты расскажешь мне все, что знаешь. Я обвиню Нордена в попытке убийства и других преступлениях, если ты поможешь найти доказательства.

– А что будет со мной? – голос дрогнул, выдавая страх.

– Я спрячу тебя. Очень хорошо спрячу. Герцогиня не сумеет тебя достать. Обещаю.

Катрина думала недолго. Аргументы Ормонда явно произвели на нее впечатление. И девушка сделала единственно возможный выбор.

Она была еще слишком молода и слишком хотела жить, чтобы продолжать хранить верность предавшей ее госпоже.

– Что вы хотите узнать?

– Это ты украла яд из каюты Салара Треми на “Бурерожденном”?

– Норден, – еле слышно произнесла служанка, – я должна была только отвлечь матроса. Потом Норден подал сигнал, что дело сделано, и я ушла.

Все сходилось. Катрина говорила правду. Впрочем, Ормонд в этом даже не сомневался. Но был еще один случай, где участвовала женщина. И это тоже вполне могла быть Катрина.

– Это ты принесла в мой дом отравленные пирожки прошлой осенью? – интендант уставился на служанку единственным глазом, ловя малейшее изменение ее мимики.

– Нет! – вскричала Катрина и тут же закашлялась.

– Не советую лгать, – голос ле Блесса стал холодным и отстраненным. – Всем известно, какими методами наш принц добивается правды. И пусть он сейчас отсутствует, но очень скоро вернется.

Задрожав, Катрина потупилась.

По острову давно гуляли шепотки, один страшнее другого, что его высочество умеет выбивать правду даже из мертвых.