Все то, что вы придумали, не имеет никакого отношения к Девине Палмер. Вы стараетесь для себя. И не притворяйтесь, что это не так. Подначивая ее сбежать от отца, вы надеетесь свести счеты с собственным отцом.

Некоторое время они молчали, озираясь вокруг, но старательно избегая смотреть друг на друга.

– Простите, что все вышло так внезапно, – нарушила молчание Эмма. – Мне следовало рассказать вам про Девину. Я боялась доверить вам чужую тайну, и это было ошибкой. Однако не думаю, что совершаю ошибку, пытаясь ей помочь.

– Хорошо, – устало сказал Эш. – Отправляйтесь на бал. Лгите им. Заберите несчастную девушку из семьи и спрячьте в деревне, если вам так хочется. Я не стану вас удерживать. Но будь я проклят, если приму участие в вашей затее.

– Что ж, если придется, я поеду на бал одна. Только давайте помиримся перед тем, как расстаться.

– Я не сержусь. Вы совершенно правы. У нас договор. Вы позволяете мне спать с вами, чтобы наступила беременность, а я дарю вам дом.

– Я вас люблю. Вы это знаете.

Но знал ли он?

Да, он слышал, как Эмма произносит эти слова. Но за последние четверть часа он начал сомневаться, что может им верить.

Нет, он несправедлив к ней. Он не был уверен, что верил ее словам хоть когда-нибудь.

– Уже поздно. – Эмма подошла к нему. – Пойдемте спать. Утро вечера мудренее.

Он протянул руку, удерживая ее на расстоянии.

– Мне и так все ясно. Я прямо сейчас отправлю нарочного в Суонли. Пусть слуги готовятся к вашему приезду. Разумеется, у вас будет карета. Можете отправляться туда вместе с мисс Палмер, когда вам заблагорассудится. Позже я велю Мэри привезти ваши вещи.

Эш понимал, что может зайти слишком далеко. Ударить слишком больно. Воткнуть нож слишком глубоко. Разве такой мужчина ей нужен? Он бы сдержался, но лишился значительной части самого себя, а другие его части были изуродованы так, что не узнать, что внутри, что снаружи. Он слишком озлобился, чтобы заслужить ее любовь. Он слишком жалок, чтобы ее удержать."

"Черт побери, он слишком уродлив, чтобы ее сопровождать: хоть на бал, хоть куда-то еще.

Вот причина, напомнил себе Эшбери, почему он настаивал на временном договоре. Случай с ее подругой явился очень своевременным напоминанием. Никто и не предполагал, что их брак может продлиться долго.

– Эш, не делайте этого!

Он схватился за ручку двери, собираясь выйти из комнаты.

– Как вы сами сказали, условие нашего договора выполнено. Вам не нужно возвращаться.

«Вам не нужно возвращаться».

Эмма смотрела на закрывшуюся за мужем дверь. В глазах закипали слезы. Ее снова отвергли, как и раньше. Какое знакомое чувство! Как будто ее желудок сбросили с утеса в Дувре, привязав к камню.

И за это ей некого винить, кроме себя. Ну что за глупое у нее сердце! Похоже, оно никогда не усвоит уроков жизни.