Хотя и находил подобное деление на высокую и низкопробную литературу несколько нацистским! Там отказывали в праве на существование целым народам, здесь – жанрам…

Глава двадцать седьмая

О том, что человек всегда делает выбор между Злом и Добром. Те, кто остаются посередине, – тоже служат Злу…Меч Святого Джона действительно висел в переплетении разноцветных проводов – старинный рыцарский клинок с благородным серебряным эфесом и древними рунами вдоль лезвия. Повсюду вокруг, в шкафах и на полках, стояли разнообразные банки из прозрачного стекла, наполненные некой невнятной субстанцией.

В одних банках она, субстанция, была золотистой и искрилась, в других булькала и цвет имела мутно-болотный, в третьих вообще загустела и мерно плескалась от края к краю, вязкая, как нефть, но оранжевого цвета.

– Это… энергия, – первым определил прогрессивный казак. – Они научились выкачивать человеческую энергию всех сортов, «чистую» и «грязную», если можно так выразиться. Господи, они сумели сделать материальным то, что мы воспринимаем лишь на духовном уровне!

– Таки это хорошо?

– Отвратительно! Пойми, ведь отныне люди для них – всего лишь ходячие аккумуляторы.

Человеческой энергетикой разных уровней и слоёв можно обогревать дома, питать лампочки, запускать машины, взрывать горы и осушать моря. Они используют людей как топливо!

– Ваня, – прислушавшись, заметила Рахиль, – давайте-ка закроем дверь, по-моему, к нам скоро будут ломиться."

"…Со стороны коридора действительно донёсся приглушённый гул голосов. Пинком загнав в энергосклад окончательно запуганного Вершителя, ребята хлопнули массивной дверью, сработал автоматический замок.

– Я так понимаю, что открыть можно только изнутри, – сурово уточнил казак.

Изменник-эльф кивнул:

– Снаружи лишь набирают код, это значит – пришли свои, но засов отодвигается только внутренней охраной.

– Отлично, тогда мы забираем меч, приводим нашего философа в чувство и валим отсюда. – Подъесаул решительно протянул руку к священному мечу, но был остановлен бдительной израильтянкой:

– Вы в курсе, что сапёр ошибается только раз? Потому как если ему на фиг оторвёт голову, то чем он будет посмотреть на эту бомбу вторично?!

– Ты думаешь…

– О да, я таки думаю, и в этом наше кардинальное отличие! – серьёзно подтвердила Рахиль.

 – Почему тут так много проводков? Зачем меч повесили именно здесь? Что будет, если мы его просто заберём, а оно всё провиснет? Мне кажется, вы уже тоже знаете ответ… или мне кажется?

– Хватит издеваться, а?!

– Ладно, не буду. Сдвиньте вашу ногу в сторону, я пройду и, может быть, займусь делом…

В дверь постучали. Вершитель бросил затравленный взгляд на выход, но холодный блеск златоустовской шашки пресекал все намерения на корню.