— У него, может, в личном деле прямо так и написано — сволочь, распиздяй и хам! Сама видела!

— И сама же писала, — сдал меня со всеми потрохами Сеня, тряхнув челкой и таки сумев отлепить от себя Луненок. Вместо собственного мужественного плеча этот гад предложил несчастной коробку носовых платков, выуженную из сумки Снегирева.

А чтобы прецедент не повторился, предпочел отсесть подальше, с самым неприступным и пофигистичным видом из всех возможных.

— Сволочь ты, Сенечка, скажу я тебе…

— Ну так на том и стоим, — невозмутимо откликнулся Псих и трагично вздохнул, на очередной жалобный всхлип, подперев щеку кулаком. — Натали, ты либо рассказывай в чем проблема, либо мы звоним Жаркову, запираем вас в ближайшей кладовке и пока не разберетесь, не выпустим.

Повисшее молчание, почему-то распространившееся на всю столовку, можно было пощупать руками. А сам автор такого шокирующего заявления все так же спокойно сидел, с мечтательной улыбкой на лице, потягивая благополучно отобранный у меня кофе. И что-то (наверное, инстинкт самосохранения), подсказывали мне. что Сеня вот ни разу сейчас не пошутил. Совсем.

Глядя на его улыбку, я предпочла пододвинуться поближе к нашему доблестному рыцарю в сияющих доспехах. В смысле к старосте. Мало ли что!

— Он мне… Цветы пода-а-арил! — наконец, сумела выдавить из себя Наташка, размазывая по всему лицу косметику. Густо подведенные глаза после слезоразлива, который пока еще и не закончилась, превратили нашу красавицу в подобие панды.

Милой такой, зареванной жуть, громко сморкающейся все в те же бумажные платки. Просто мечта каждого спортсмена, а не девушка, блин. Когда не мается дурью и не верит всем современным литературным и модным трендам!

— А ты? — судя по тяжкому вздоху, Александр явно не понимал, что ему делать с плачущей девушкой и, если уж совсем честно, похоже, откровенно побаивался этого.

— А я… Я сказала, что терпеть не могу полевые цветы-ы-ы… А я их люблю! Я ду-раа-а-а?

— Это риторический вопрос? — я от такой постановки вопроса немного растерялась, пытаясь понять, как сказать что-нибудь, но при этом никого не обидеть. Потому что да, походу Наташка чуть-чуть дура, сумевшая обидеть, в общем-то, не плохого парня в тот самый момент, когда он решил отступить от образа тупого спортсмена и проявить себя немного романтиком.

Но говорить вслух я этого не стала, конечно же. Во-первых, фраза получится слишком длинной и умной для такого недоразумения, как я.