Я проглатываю всю правду, которая чуть не срывается с губ, и говорю лишь часть ее, – я должна позвонить, сказать, что у меня все хорошо, услышать ее голос… прошу… всего лишь несколько секунд, и обещаю, я все ваши анализы пройду, все обследования, только умоляю, доктор, дайте мне позвонить домой, – последнее слово выходит едва различимым всхлипом, – умоляю…

Врач смотрит в мое лицо секунду-другую, а я замечаю, что мужчина хоть и в возрасте, но крепкий, хорошо взбитый, плечи широкие, говорящие о недюженной физической силе.

Наконец, он отнимает свои пальцы и опять накрывает мои дрожащие руки, сжимает коротко.

– Хорошо, Надежда, ваша взяла, я распоряжусь. Медсестра передаст вам вашу сумочку. Позвоните домой. Так будет правильнее. Это лучше, чем звонок с ресепшен и сообщение пожилому человеку, что внучка в военном госпитале. Можете обнадежить бабулю свою. С вами все в порядке, организм молодой, поправитесь.

Прикрываю глаза на мгновение, а затем тихо выдыхаю:

– Спасибо вам, доктор.

Присматривается ко мне. Опять собранный. Отстраненный. Явный профессионал.

– Не меня вам надо благодарить, Надя.

Все могло быть гораздо хуже, если бы Умар не разбил свой спорткар в хлам, сбивая вас с неверной траектории и беря удар на себя.

Не отвечаю. Умом понимаю, что прав, но с Багратом у нас все не как у людей…"

"Поэтому я просто отворачиваюсь и смотрю в сторону окна, ничего не отвечаю. Врач уходит, а спустя минуты в палату заходит симпатичная молодая девушка в форме медсестрички, ее глаза горят каким-то озорным блеском, когда она кладет на постель мою сумочку.

– Вот, вы просили, – выговаривает елейным голоском и смотрит на меня во все глаза.

– Спасибо, – отвечаю на автомате, но девушка не уходит. Переступает с ноги на ногу, нервничает и нервирует меня, поэтому я решаю не тянуть кота за хвост и спрашиваю в лоб: – У вас ко мне вопрос?

Девушка жмется, миловидное личико хмурится, но она не выдерживает и спрашивает:

– Простите, а кто вы господину Умарову?

Сразу в лоб и без подготовки.

– Простите? – не сразу нахожусь с ответом.

– Это вы меня простите, если что, я не со зла, просто язык без костей… И… на меня иногда нападает, не берите в голову… Просто, я как господина Умарова вижу, у меня всегда ноги подкашиваются.

Я даже говорить с ним не могу, если он вдруг обращается. Он у нас нечастый гость, но пару раз его наш главный зашивал, а там такое тело…

Понимает, что говорит глупость, вспыхивает, теряется, а потом приходит к тому, с чего мы и начали.

– Вы… вы не подумайте ничего, просто вы первая женщина, которую бизнесмен под личную ответственность оставил. Вот теперь все отделение и гадает, занято ли холодное сердце, – на этой фразе девушка звонко смеется.