— Убью… — прошипел граф, но в следующую секунду его голос стал спокойным, холодным, Орас перешел на официальный тон: — Не смею более вас задерживать, лорд Рацис. Род Мидр не нуждается в ваших услугах, можете улетать и приступать к более важным делам.

— Нет, — твердо заявил Лесар.

— Что-о-о-о? — как-то очень недобро спросил Мидр.

— Я. Никуда. Не уйду.

— Позволь поинтересоваться почему? — теперь в голосе отца слышался плохо скрываемый сарказм и ехидство.

— Именно потому! — ответил ему страж.

— Да неужели?

О, граф знал, о чем говорил Лесар, или хотя бы догадывался, а вот я, к сожалению, понятия не имела.

Но мне нужнее! И вообще, речь обо мне! Значит, я первая должна узнавать обо всем, а не подслушивать чужие разговоры, строя на них жалкие догадки!

— Да-а-а, — как-то не очень оптимистично протянул блондин. — Я буду учить твою дочь. И, поверь, ни один волосок не упадет с ее головы.

— Тогда… Клянись!

— Клянусь защищать леди Иннию Мидр даже ценой собственной жизни до последней капли магии!

Повисла тишина. Я боялась даже дышать, чтобы не выдать себя. Наконец, Орас, очевидно в чем-то удостоверившись, произнес:

— Верю.

А Лесар… Он…

— Я бы хотел взглянуть на спину Иннии.

Что? А стриптиз ему тут не сбацать? Пора было что-то предпринимать. Я пошевелилась, отчего боль вернулась, поэтому стон вышел вполне правдоподобным и натуральным.

— Сейчас, девочка… Сейчас… — как старая наседка с выводком, закудахтал граф.

— Надеюсь, ты послал за целителем, — снова вмешался Лесар. Ну кто его просит-то? Все ж хорошо было.

— В нем нет необходимости, — отмахнулся от него Орас, и меня перевернули на живот.

Новая куртка, а за ней и рубашка были нагло срезаны.

Воздух холодил обнаженную кожу, от этого боль притуплялась и становилось легче. Мужчины молчали.

Только спустя минуту Лесар что-то произнес, но то ли я не разобрала слов, то ли просто не знала этого языка, смысл сказанного остался тайной.

Зато Орас снова на него прикрикнул:

— Прошу не выражаться при девочках! Не забывай, что перед тобой благородные леди старинного рода! Лучше подай вон ту склянку с мазью."

"— Я не хотел… — это я услышала до того, как граф стал смазывать мои практически боевые травмы.

И, да, получить их стоило хотя бы ради того, чтобы услышать столько раскаянья из уст язвительного блондина.

Подожди, милый, мы так скоро и до самобичевания дойдем! Только без моих травм.

— Идем. Ей нужно отдохнуть, — сказал граф.

— Я останусь!

— Идем, Лесар. Я пришлю к ней Лойс.

И дверь снова хлопнула.

Не знаю, что местные эскулапы добавляли в мазь, но спалось от нее удивительно сладко. Особенно, осознавая тот факт, что все твои страдания отомщены, ибо нет более мучительных страданий, чем совесть. А она у Лесара была, что тоже не могло не радовать.