И даже носки запредельной цены и туфли из кожи каймана. Но он, Ардаев, может себе это позволить.

Покупки уложили в большой фирменный пакет, присовокупив в качестве подарка недорогой портплед, и Ардаев отправился дальше, в сторону своего любимого Третьяковского проезда, до которого было всего минут пятнадцать пешком. Он останавливался перед витринами, заходил в бутики, смотрел товары и мечтал о том, как непременно купит себе и эти часы известной фирмы, и эти ботинки из кожи, взятой из голени страуса, и вот этот толстый вязаный кардиган из овечьей шерсти от Дольче и Габбана с их фирменными швами наружу, и от вон той кожаной куртки с трикотажными вставками от Прада он тоже не откажется.

И вот еще отличная сумка из шоколадно-коричневой телячьей кожи, отделанная внутри замшей, по размеру как раз для поездок на два-три дня, за сто сорок тысяч. Но это будет потом, позже, когда снова появятся деньги. А они обязательно появятся, надо только набраться терпения.

Насмотревшись и намечтавшись вдоволь, он отправился обедать в ресторан, где многократно бывал раньше и где его помнили и даже любили за щедрые чаевые.

Он сделал заказ по памяти, не глядя в меню, и, когда официант отошел, достал телефон. Настроение у Ардаева было приподнятым, как и всегда после походов по магазинам и особенно после дорогих покупок, и он решил, что сегодня ему обязательно должна улыбнуться удача. Вот сейчас он позвонит — и ему скажут, что все в порядке, дело сдвинулось с мертвой точки и уже совсем скоро будет получен результат. А значит, совсем скоро будут и долгожданные деньги.

— Ну, как там у вас? — небрежно бросил он в трубку, уверенный в том, что его и так должны узнать, поэтому можно не представляться и даже не здороваться.

Однако то, что он услышал, разочаровало Ардаева. Дело не сдвинулось, и когда будет результат — непонятно."

"— Я уже жалею, что отдал такое перспективное дело в ваши руки, — сухо проговорил он. — Вы не в состоянии с ним справиться. Мне нужно было поискать кого-нибудь другого.

Ему пришлось некоторое время выслушивать оправдания, ссылки на неточность исходных данных и неполноту информации и заверения в том, что в ближайшее время обязательно наметятся положительные сдвиги.

— Вы просто не умеете делать то, за что взялись, — зло завершил разговор Ардаев.

 — Вы пустили все на самотек и полностью утратили контроль над ситуацией.

Настроение, еще недавно такое радужное, померкло, и свой изысканный обед он доедал совершенно без аппетита.

* * *Супруги Сорокины предавались тихим радостям совместного чтения: Вилен Викторович полулежал на диване, подсунув под спину мягкую подушку, а Ангелина Михайловна читала вслух новый широко разрекламированный в прессе роман известного французского писателя.