— Да вы бы у Галки Симонян лучше спросили, уж если кто и знает, так она, у Геры от нее секретов не было, — посоветовал Яков Наумович.

— Мы спрашивали, — вздохнула Настя.

— И что она вам сказала?

— Что у любого врача есть неудачи, но если врач хороший, то к этим неудачам все относятся как к судьбе, никому и в голову не приходит мстить за них.

— Ну вот, — констатировала Раиса, — Галка лучше знает. Нам тут и добавить нечего. Во всяком случае, при нас ни Митя, ни Гера ничего такого не рассказывали. О неудачах говорили, конечно, делились с нами, да и между собой обсуждали, горевали, все думали, как можно было бы сделать, что еще можно было бы предпринять, чтобы избежать фатального конца.

Но чтобы кто-то угрожал — нет, об этом разговоров не было.

— Ну что ж, спасибо.

Настя поднялась, вслед за ней встал со своего места Алексей, но Фридман протестующе замахал руками.

— Куда?! Куда это вы собрались? А фирменные Раечкины баклажаны с грецкими орехами и чесноком? Вам нужно только немножечко подождать — и все будет готово! Нет, я вас не отпускаю, даже слышать ничего не хочу.

Это будет непростительной ошибкой, если вы уйдете от нас и не попробуете Раечкины баклажаны.

Настя с мужем принялись отнекиваться, стараясь быть предельно вежливыми, но их старания успехом не увенчались.

— Вы таких баклажанов никогда и нигде не покушаете, только в нашем доме, — увещевал их Фридман. — Вы, наверное, в общепите кушаете?

Пришлось признаться, что так оно и есть. Конечно, а где же еще им питаться?

— Как — где?! — возмущенно воскликнул Яков Наумович. — Вы же у Коли живете, у него такие повара! У него же самые лучшие во всем городе повара, лучше его поваров только моя Раечка! Зачем вы ходите в какой-то общепит, когда вы живете у Коли! Короче, ничего не хочу слушать, сейчас мы пойдем с вами в сад, я вам покажу, что у нас там растет и цветет, а потом мы сядем за стол и будем кушать.

И никак иначе быть не может."

"Они сдались и покорно пошли осматривать сад.

Баклажаны действительно оказались очень вкусными, и от Фридманов Настя и Леша возвращались, еле передвигаясь от сытости.

— Давай пройдемся по набережной, растрясем еду, — предложил Алексей.

Настя согласилась. До набережной было минут двадцать ходу, но она шла с удовольствием, чувствуя, как постепенно спадает с нее сытая вялость. Едва они сделали несколько шагов вдоль парапета над пляжем, как наткнулись на паренька с обезьяной Гераклом. Паренек тут же стал предлагать им сфоткаться.

— Да мы уже вчера снимались, — с улыбкой сказала Настя.

Парень посмотрел на нее более внимательно и вдруг широко и радостно улыбнулся.