Если женам дают деньги, то на семью, детей, дом и ведение быта, а тут кого-то радуешь.

Жене купишь сумку, а она вдруг вспомнит и поделится тревогам, что и сыну надо обновить гардероб, ведь вырос богатырь. И ко всему прочему покажет модные мальчуковые ботиночки, которые будто уменьшенная копия взрослых, и спросит мнение, а мужик ждал восхищения. И жена-то не виновата!

И сумке она рада, но вот вспомнила, что утром одевала сына и заметила, что рукава на рубашечке коротковаты. И в ее порыве есть удивление, что ребенок-то растет! Представляешь! Вот только пеленали его, меняли подгузники, а теперь одеваем его, как маленького денди, в симпатичные вещички, и какая радость, что опять купим ему обновки.

А вот этой блондинке преподнесешь сумочку, она глаза удивленно округлит, и в этот момент для нее существуешь только ты. Такой богатый, успешный и щедрый. И за твою щедрость, за твой подарок тебе ответят восхищением, лаской и сладкой близостью, и не надо в этот момент вникать в симпатичные ботиночки, потому что сейчас не существует твоей жены, твоего ребенка и тебя самого в качестве бизнесмена, мужа и отца.

Это там за стенами отеля ты возвращаешься в свои роли, а тут на кровати ты просто мужик и у тебя стоит.

Ты чертов альфа-самец для глупой самки, и ты возьмешь, позабыв обо всем, что тебе дорого, потому что ты устал все контролировать, лавировать среди жизненных обстоятельств, которые выжимают тебя как тряпку.

— Ты оглохла?! Ты в меня въехала! Овца тупая!

Мой смех затихает, и я покидаю салон. Меня оглушает крик толстячка, сигналы машин и возмущения других водителей.

— Вызываем гаи? — всматриваюсь в глаза мужика. — Оформляемся?

Он весь как-то дергается, и я перевожу взгляд на блондинку, а затем вновь смотрю на него:

— Или нет?

Он пятится под моим взглядом, а я делаю к нему шаг, и все вокруг затихают.

— Ты мне машину помяла… Ты знаешь, сколько мне ремонт встанет?

— Вызывай гаи, страховщиков, — я улыбаюсь, — я, что, против?

— Да она не в себе, котик!

— Сгинь! — рявкает толстячок.

— Я очень не в себе, котяра ты мартовский, — шепчу я. — И совет тебе от моего мужа. Не стоит светиться с любовницей на публике.

— Это жена…

— Не заливай, котик, — приближаю лицо и в тихом безумии всматриваюсь в испуганные глаза, — а вот тебе совет лично от меня.

Не считай свою жену идиоткой.

Отступает и торопливо ныряет в машину. С визгом шин она срывается с места, а я печально смотрю на вмятину и разбитую фару.

Всё будет хорошо.

Всё будет хорошо.

Всё будет хорошо."

"Глава 30. Все куда хуже, Саша

— Я за рулем, — Павел накрывает бокал ладонью, когда я подношу бутылку, и недовольно щурится, — и тебе бы не советовал.

— Имею право, — хмыкаю и делаю пару глотков прямо из бутылки.

Глотку жжет, я кашляю и прижимаю кулак ко рту, крепко зажмурившись.