– Это так неприятно?

– Это не имеет для меня смысла.

– Он же совсем крошечный живой комочек! Никто не заставляет брать его на руки. Чем он может тебя раздражать?

– Чем он может меня привлекать? Он же совсем крошечный живой комочек.

– Я поняла, ладно…

Её это расстраивало. В начале. Таких моментов было много. Но была ещё и пара знаковых. Теперь я это понимаю. В самом конце наших отношений. Она проспала тогда свою предзащиту, а я вернулся. Случайно. Нужно было кое-что забрать.

Смотрю… Сладко сопит в подушку. Будильник в руке. Мой взгляд останавливается на тумбочке у кровати. Противозачаточные. Она всегда пьёт их утром строго по часам. На часах – полдень. Вчера мы…

– Женечка, – бужу её.

– Олег… Иди ко мне… – мурлыкает она, не открывая глаз. – Хочу тебя…

– Детка, таблетки.

– Да чёрт с ними…"

"– Женя! – мой голос гораздо жёстче, чем я планировал. Ловлю себя, но уже поздно. Блять… Я не хотел так.

Она открывает глаза.

– Что, Олег? – её тоже превращается в лёд.

– Таблетки.

– Я выпила.

– Точно?

– Поверь мне, – ухмыляется цинично. – У меня нет никакого желания рожать от тебя. У нас с тобой никогда не будет детей. Я обещаю.

– Ты больше не хочешь детей?

– Это не твоё дело.

– Женечка… Извини меня. Я не хотел.

– Всё ты хотел. Не лицемерь. Тебе не идёт.

Отворачивается. Делает вид, что спит.

Прости меня, моя девочка. Что тут скажешь? Надо как-то решать это…

Оставляю поцелуй на плече. Ухожу.

Тогда ещё что-то можно было решить. Надо было хватать её, обещать всё, что ей было там нужно. Врать! Нагло и уверенно. Потом бы разобрались. Но, к моему несчастью, я не умею так. И, к её несчастью, она сразу чувствует ложь.

В какой-то момент от нас ушло счастье. Нет, я не стал меньше любить её или уделять меньше внимания. Это никуда не делось. Но она стала словно проницаема. Её перестало это трогать. Как вежливый робот. Мы не ссорились. Всё было ровно. Слишком. Не думаю, что её чувства остыли. Редкие прикосновения были наполнены особой нежностью, как никогда раньше. Они разрывали меня на клочки. Это явно было что-то другое.

Секс… Я смотрел в её глаза и видел просьбу «не трогать». Не трогал. Так уж у нас вышло, что с самого начала мы спали отдельно. Каждый в своей комнате. Я не мог засыпать рядом с ней. С кем угодно не мог. С ней – особенно. Надо было переломать это в самом начале, но она слишком заботилась обо мне, чтобы позволить мучиться днём от бессонных ночей. И мы негласно договорились так: я дожидался, пока она уснёт, и уходил к себе. Мне не хотелось. Это было вынужденно. Но это тоже было ошибкой.

В те дни мы с ней совсем перестали пересекаться. Она поздно приходила. Ложилась одна. Рано уходила. С ней что-то происходило. Я наблюдал, боясь и желая, чтобы она скорее созрела и озвучила это. Любую проблему можно решить, если понять.