Би 2 – «Её глаза». Вижу в ленте – она слушает. Слушает…

Мои губы улыбаются. За много лет это просто улыбка. Без всяких примесей. Отталкиваюсь от стола и откатываюсь подальше от бука. Сегодня больше нельзя!

Один-ноль, детка! Вот ты и втянута в первый круг. В лучших традициях наших с тобой манипуляций. Растерялась? Это хорошо. Отвыкла…

И мне плевать, что я оставляю невымытый стакан и пепельницу на столе, стул посреди комнаты. Не могу поверить, что всё это случилось сейчас. Огонь зажигалки неровно пляшет, пытаясь поймать кончик сигареты. Мои руки дрожат.

Перевариваю произошедшее. Всё идеально. Всё вышло идеально.

Пепел летит на пол. Мне смешно, что это могло загонять меня ещё пару часов назад. Это всё можно убрать потом.

Я не болен. Это без неё я инвалид.

Глава 8 – Это только буквы на экране

– Не в фокусе… – качает головой Эрнесто.

Работа сегодня не ладится. Сосредоточиться сложно. Перестраиваю линзы заново. В четвёртый уже раз.

– Сейчас?

– Лучше.

Лаборатория оптики при университете. Здесь я временно. Спасительные спонтанные путешествия не позволяют найти постоянную работу. Работать необходимости нет, но нужно чем-то заполнять свой день, чтобы совсем не потечь крышей. Когда-то я был хорошим фотографом. Теперь мне не хочется ни на кого смотреть через объектив. Работа здесь – доступ к эксклюзивной оптике. Это мне интересно. Устраивает и график. Три дня в неделю.

– Олег, зайдите на кафедру, как освободитесь.

Договор заканчивается через две недели. Университет хочет продлить. Ещё пару дней назад планировал согласиться. Сейчас – нет. Всё изменилось.

– У меня тоже не в фокусе… – игриво улыбается мне новенькая лаборантка."

"Подхожу к её системе. Час назад всё было нормально. Справа от клавиатуры, прямо под окулярами микроскопа, кружка горячего чая. Пар осел на линзах. Покрытие убито. Вдыхаю поглубже. Не люблю новеньких. Особенно женщин. Особенно молодых. Они несовместимы с техникой. Достаю из шкафа методичку с инструкциями и правилами техники безопасности. Кладу сверху на кружку, блокируя пар.

– Изучите, когда появится время для работы.

Смотрит так шокированно, словно я этой методичкой дал ей по лицу.

– Суров… – смеётся Эрнесто, разглядывая новенькую, крутящую в руках методичку.

– «Из жалости я должен быть суровым!» – вздыхаю безнадёжно.

Открытая парящая кружка осталась на своём месте. Чёрт с ней. Всё равно менять теперь линзы.

– Пообедаем? – зовёт Эрнесто.

Киваю. Полдень. Мы иногда общаемся. Год назад Эрнесто потерял жену. Он пережил свою трагедию легче, чем я свою. Снимаю халат, вешаю в шкаф. Новенькая обиженно поглядывает на меня.

– Как Вас зовут?

– Амина.

– Амина, это очень дорогая, сложная техника. Методичку штудировать. Чай пить там.