Забела также поделился с императором, что Ирэн Виленскую собирались убить и, видимо, не в первый раз.

– Кому она могла перейти дорогу? – император искренне недоумевал, потому как не воспринимал Ирэн сколько бы то ни было значительной фигурой.

Но постепенно, слушая рассказ Андрея о новинках и о том какую роль играет Ирэн во всём это деле, император призадумался, а может ли быть такое, что она действительно резко поумнела и теперь помогает отцу и даже сама придумывает всякие штуки.

– Зайди потом к Шувалову, он выяснил, что к нам собирается вернее уже выехал и через пару недель приедет некий Ричард, маркиз Уэлсли.

Граф Забела удивился, Ричард Уэсли был знаменит тем, что всегда выходил сухим из воды, за это его прозвали сухой Ричи. Все знали, что это шпион Бротты, но никто так и не смог его поймать на шпионаже. И вот сейчас этот сухой Ричи едет в Стоглавую. Зачем?

Вскоре подъехал барон Виленский. Поздоровался с императором и пожал руку графу Андрею, спросил:

– Как твоя поездка в Никольский уезд?

Граф вместо ответа саркастически поинтересовался:

– Ты имеешь в виду моя поездку в поместье Лопатина? Если да, то великолепно, Лопатин и его дочь принимали меня хорошо, было весело.

Барон поморщился и попытался отобрать руку, но граф задержал руку барона в своей, поднял бровь, ухмыльнулся и спросил:

– Я слышал, что ты наконец-то развёлся? Тебя можно поздравить?

Барон оглянулся на императора, тот покачал головой, мол нет, это не я ему рассказал.

Барон, которому не понравился тон графа, вместо ответа сказал:

– Мы здесь собрались обсуждать меня или был более серьёзный повод?

Иногда император в компании своих самых близких друзей вёл себя с ними как раньше, когда они все вместе учились. Вот и сейчас по мужчинам и не скажешь, что один из них император одной из величайших империй.

– Да, Серж, ты прав, повод другой, тебя у нас ещё будет время обсудить, – император улыбнулся и продолжил уже серьёзным тоном:

– Один из участников конкурса на булатную сталь утверждает, что добился такого качества и даже прислал образцы. Пошли в оружейную, при нас будут испытывать.

Кинжалы действительно были похожи на гандийский булат, характерная зернистость покрывала поверхность стали. На рукоятке был вылит знак Стоглавой империи – орёл, сидящий на трёх куполах. То есть это никак не мог быть гандийский булат. Гандийские мастера никогда не ставили чужие клейма, только свои.

В течение часа кинжалами рубили, метали, по ним стучали топорами и мечами. Но они с честью прошли все испытания.

Император светился и радовался как ребёнок, барону тоже было радостно, а граф Забела в это время изучал документы по тому, кто сделал эти кинжалы и, прочитав, с каким-то злорадным интересом посмотрел на Виленского.