И как тут быть? Что делать?

Не могу сказать, что эти вопросы мучили весь день. Но когда закончился обед, и все сокурсники отправились на занятие по медитации, от которого я была освобождена, меня охватил легкий мандраж.

Вариантов действия было два: вернуться в общагу или все-таки дойти до аудитории, где проходил прошлый урок с фон Глуном. Поразмыслив, я выбрала второе. Просто чтобы убедиться: лафа в виде вменяемого препода, который подтягивает меня по программе, закончилась.

К двери той самой аудитории я подошла не без дрожи, и лишь спустя минуту решилась постучаться.

Ответа не последовало.

Глубоко вздохнув, я постучала снова. Но так как ответа опять не было, приоткрыла дверь, чтобы заглянуть и окончательно убедиться.

Убедилась. Аудитория была пуста.

То есть все-таки не пришел. Что и следовало доказать!

Чувство досады было неожиданным и острым. А вслед за ним и обида накатила. Значит, на фантазии у него время есть, а на уроки — увы. Ну что ж, ладно. Все с ним понятно.

Грустно усмехнувшись, я вновь взялась за ручку в намерении закрыть дверь и уйти. И вздрогнула, потому что сзади прозвучало:

— Долго ты так стоять будешь? Звонок уже прозвенел.

Я растерянно застыла. Но куратор ждать, пока я приду в норму, не собирался — подтолкнул в аудиторию и, закрыв дверь, скомандовал:

— Бери стул и садись.

После чего обогнул меня и направился к преподавательскому столу.

Шок! Да, именно это чувство вызвало у меня появление фон Глуна. Но уже через секунду шок сменился другим, куда более сильным ощущением.

Меня, что называется, накрыло. То есть четыре лекции Глуна, которые состоялись на этой неделе, я пережила совершенно спокойно, а сейчас залилась жгучим, совершенно неуместным румянцем! Просто он двигался в той же манере, что и в последнем сне — резко, быстро, уверенно. И пусть он всего лишь шел к столу, а не нависал над обнаженной иномирянкой, но эта пластика… она сказала все!

Пришлось закусить губу и вдохнуть поглубже, чтобы согнать румянец. Но моя неадекватность не могла остаться незамеченной.

— Проблемы? — обернувшись, спросил Глун.

Я резко потупилась и замотала головой.

— Тогда какого гхарна ты до сих пор мнешься у двери?

На подрагивающих ногах я подошла к ряду стоящих вдоль стены стульев, подхватила один и направилась к Глуну. И хотя понимала, что ситуация предельно дурацкая, выправить ее все-таки попыталась:

— Простите, профессор. Просто вы так неожиданно появились. К тому же я была уверена, что это занятие не состоится, потому что…

— Потому что «что»? — перебил Глун строго.

— Ну…

Нет, у меня не хватило пороху напомнить о той встрече. А прочие моменты, по большому счету, аргументами вообще не являлись.

Куратор, слава богу, допытываться не стал. Подарил очередной строгий взгляд и скомандовал:

— Садись.