Вернее, сначала пишет на доске условие, а потом списывает из задачника ответ, но путается и, зачастую глядя не туда, переносит на доску решение совсем другой задачки. Но он не злой, смеется, когда мы орем: „Ошибка вышла“, стирает цифры и говорит: „Голова у меня, ребятки, болит“. Все хочу ему посоветовать поменьше пить, да язык не поворачивается, потому что от Альберта Ивановича ушла жена и он теперь заливает горе водкой. Его можно поставить в гардеробе, он добрый и не стал бы драться шваброй и материться, как бабка Нюра, которую держат в школе только потому, что она свекровь нашей биологички Риммы Андреевны. Если это правда, насчет свекрови, то тогда понятно, отчего Римма Андреевна всегда злая и ставит только двойки, мне даже ее жаль, хотя все остальные зовут училку Гоблином. Самый нормальный дядька у нас физкультурник Сергей Михайлович, правда, любит рассказывать, как в молодости отсидел три года на зоне за хулиганку, мы уже выучили выдаваемый им текст наизусть, но Серегу вполне можно оставить и в школе будущего, потому что он не вредный. Когда англичанка Нонна Евгеньевна, которой муж изменил с любовницей, выгнала ни за что из класса Таню Ромашину и влепила той „кол“ в четверти, Серега, увидав рыдающую Танюху, уладил дело. Пошептался с Нонной, и та, сменив гнев на милость, исправила единицу на тройку. Наши все уверены, что Сергей Михайлович живет с ней, но я думаю, это неправда, потому что Нонна Евгеньевна жутко противная и не моется. Когда она на уроке подходит ко мне, я стараюсь не дышать.

Честно говоря, я не слишком-то верю, что в школе будущего дело поставят по-иному. Где найти таких педагогов, как Януш Корчак, который пошел со своими учениками в газовую камеру? Таких нет. Если бы на месте Корчака оказалась наша директриса Марина Львовна, то она живенько бы запихнула нас в душиловку, а сама удрала бы, не оглядываясь. А то бы и предложила: „Вы их скорей поубивайте, не ученики, а отморозки“. Нет, мои дети пусть лучше сидят дома, я сама их всему научу. Ну какие знания может дать Анна Геннадьевна по информатике? Я тут спросила у нее: „А у вас “аська“ на домашнем компе есть?“ А Анна Геннадьевна вытаращилась и заявила: „Какая Аська?“ Вот ведь как, преподает информатику, а сама ничего про ай си кью не знает!»"

"Под сочинением стояла огромная красная двойка. Педагог, ставивший отметку, был так зол, что прорвал ручкой тетрадный листок.

– Не понимаю, – пожал я плечами, – отчего ребенок получил неудовлетворительную отметку? Во всем тексте я не вижу ошибок, ни орфографических, ни синтаксических.

Марина Львовна подскочила:

– Издеваетесь, да? Вы плохо прочитали содержание?!

– Ребенок заслужил за грамотность пятерку!

Директриса стала такой красной, что я было подумал предложить ей воды.