— Я рекрутер, малыш.

— А кого ты подбираешь? И кому?

— Я организовываю мероприятия, нахожу участников. Собираю донаты. Беру себе комиссию и вношу ее на свой счет, — все так же неопределенно ответил друг, и я не стала больше расспрашивать.

Зато сегодня я от него не отстану. Саймон третьекурсник, он точно знает, правда ли то, что слышала Оливка. И поможет ли это объяснить сегодняшнюю сцену в столовой.

Такую мерзкую, что у меня до сих пор во рту стоит отвратительный тошнотный привкус.

— Я не уверена, что хочу участвовать, Саймон, — честно признаюсь. — Я никогда не ходила по подиуму. И никогда не собиралась стать моделью.

— В модельный бизнес тебя никто не зовет, — хмыкает друг. — Это будет не просто дефиле, это кастинг конкурса на самую красивую первокурсницу. Победительница выиграет оплату учебы на целый триместр. У тебя все шансы победить, малыш!

Мне, конечно, льстит слышать такое от привлекательного парня. Но я все равно фыркаю:

— Ну ты и придумал, Саймон! Тоже мне королева красоты! Ты видел, какие у нас хорошенькие девочки на потоке?

— Видел, — пожимает он плечами. — Ты лучше них на порядок. Для меня, по крайней мере.

Замираю, не понимая, как вести себя дальше. Он только что признался... в чем?

Не знаю. Поэтому делаю вид, будто ничего не услышала. Но это меня не спасает.

— Ты слышишь, малыш? — Саймон придвигается ближе, а у меня затылок обдает холодом. Да меня всю как будто льдом сковывает.

Оборачиваюсь и сердце проваливается вниз, под землю. Потому что прямо на нас идут Топольский и его друзья, Джаспер и Мартин.

Джас и Марти из нашей университетской футбольной команды. До появления Никиты они и так были звездами, а теперь рейтинг обоих взлетит до небес.

Смотрю на Никиту в упор, не могу заставить себя отвести взгляд. Я уже говорила, что красивее него никого не встречала?

Говорила, и что? Ничего от этого не меняется. Кроме того, что не могу от него оторваться.

Он приближается, мое сердце глухо бьется где-то под ногами, виски пульсируют. Ладони потеют, завожу руки назад и незаметно вытираю о штанины.

Не могу ничего с собой поделать, жадно рассматриваю Ника. Ощупываю взглядом как будто руками, разглаживаю брови, опускаюсь к губам, обвожу овал лица. Запускаю руку в густые волосы.

Это все было моим. Пусть и недолго, но точно было. Я так жалею теперь что столько раз сдерживала себя и не делала так, как хочу. Соблюдала глупые навязанные условности.

Почему я не согласилась с ним убежать, когда он предлагал?

Парни подходят совсем близко, теперь я могу еще лучше его рассмотреть. Беззастенчиво ем Никиту глазами. И пинками загоняю вглубь глупую дурочку Мышку, которая до сих пор в него влюблена.

За эти два года Ник изменился, стал выше ростом, заметно шире в плечах. Черты лица сделались выразительнее и взрослее.