— Там желающих хватает, я просто подумала, что… ну… тебе работа нужна…"

"Роясь в своем кошельке, вываливаю на тумбочку все наличные, которые в нем есть. Расправив купюры и пересчитав, закусываю губу.

— Что? — смотрю на свою благодетельницу, одетую в домашний халат и огромные пушистые тапки.

Хрустя сельдереем, она смотрит на гору мелочи передо мной, повторяя:

— Работа…

Сметя деньги ладонью, запихиваю их в карман и без предупреждения сгребаю Ксюшу в охапку, от чего она издает смешок. Три раза целую ее щеку, шепча:

— Спасибо тебе… за все…

Это все эйфория, которая бушует в моей крови.

Я счастлива, и хочу делиться этим счастьем со всеми.

— Э… не за что… — бормочет Ксюша, похлопывая меня по спине в ответ.

Я не привыкла рассчитывать на чью-то помощь, и получить ее в лице немного инфантильной уроженки ближнего Подмосковья — самая настоящая неожиданность.

Лежащие в моем кармане деньги, это все что у меня осталось. Разумеется мне нужна работа.

Когда я сошла с самолета, клялась себе в том, что больше никогда не возьму в руки поднос. Может я об этом пожалею, но короткой прогулки по свежему воздуху хватило для того, чтобы понять — я не могу сейчас переехать к Лёне.

Просто не могу! Я останусь у Ксюши настолько долго, насколько это будет возможным, а если она попросит меня съехать, я… что-нибудь придумаю…

Понимаю, что все мои планы летят в тартарары, но уже не могу остановить это. Обязательства перед сестрой давят на меня, как бетонные блоки, поэтому я малодушно боюсь послать Лёню к чертям собачьим, хватаясь за этот вариант, как меркантильная сука, которой у меня никак не получается стать.

— Я… — отстранившись, быстро натягиваю сапоги. — Я выйду на работу, когда скажут… и… я пошла…

Распахнув дверь, выбегаю в коридор.

— Тебя сегодня ждать? — кричит вслед Ксюша, качая головой.

— Не знаю… — махнув рукой, забегаю в лифт.

Выйдя из подъезда, закрываюсь от ветра воротником пальто, удивленно глядя на растянувшийся передо мной начищенный до блеска черный представительский седан БМВ с глухо тонированными стеклами.

Кажется, наше с господином Гецем понимание слов “взять такси” очень расходится.

Водитель в костюме и галстуке открывает для меня заднюю дверь, и я ныряю в салон, ежась от холода.

Чувствую знакомый парфюм, растворяясь в устремленных на меня зеленых глазах раньше, чем за мной захлопывается дверь.

— Привет, — улыбаюсь, располагаясь на белом кожаном сиденьи.

Откинув голову на подголовник и сложив между ног сцепленные в замок руки, Рома осматривает меня медленным молчаливым взглядом.

Скольжу глазами по его разведенным коленям, по его бедрам и груди, по бородатому лицу. На нем кожаная куртка, а под ней сине-зеленая клетчатая рубашка и футболка, заправленная в прямые черные джинсы.