Можно ведь просто взять в дальнее плавание побольше витаминов и принимать их по инструкции.

Если к некоторым препаратам этого мира у меня есть немало вопросов, то большая часть витаминных комплексов, как по мне, чуть ли не лучшее достижение местной фармацевтической промышленности. Что говорить, даже я иногда заставляю гвардейцев принимать специальные комплексы, чтобы мне самому было потом их легче исцелить. Когда в организме хватает витаминов и питательных веществ, а также всех необходимых минералов, магия намного лучше запускает восстановительные процессы, и пропадает нужда искать откуда взять недостающий, скажем, магний.

Но это ладно. Первый противник закричал что-то невразумительное и, замахнувшись клинком, попытался рассечь мне горло. Но отойдя в сторону, я врезал ему по оставшимся зубам, оставив обе его челюсти совершенно гладкими и неспособными к жеванию. А еще влил энергии жизни, вызвав спазм бронхов. После чего вонзил в спину упавшему ничком врагу свой меч.

Следующий попытался напасть на меня сзади, но я вовремя почувствовал приближение вражеского сердцебиения, так что встретил его вырвавшийся из земли кровавый шип.

Острие вонзилось в грудь противника, но лишь с трудом пробило барьер. Останавливаться на этом я и не подумал, потому не успел он опомниться, как по шее его полоснул клинок. На этот раз покров рассыпался, и кровь брызнула фонтаном на еще двоих пиратов. Те бежали как раз на меня, и их облило с ног до головы. После чего они увидели мою улыбку. И сияющую кровавую руну, что в последний момент вспыхнула, заставив кровь на них воспламениться.

Крики боли, страха, выстрелы, ругань на незнакомом мне языке.

Всё смешалось в единый гул, но я не обращал на это никакого внимания. Носился по полю боя, врывался в толпы врага и творил свою магию. Кровь лилась рекой, потому материала для работы мне хватало. Взмах, и массивный двухметровый кровавый шип устремился в полет, сбивая с ног одного из командиров. Еще взмах руки, и над полем боя поднялась руна вязкой крови. Бежать противникам сразу стало сложнее, а разлитая по камням кровь как-будто пыталась хватать их за ноги.

— Ты сдохнешь, сын собаки! — впервые за время боя услышал родную речь.

И пусть эти слова были произнесены с жутким акцентом, но всё равно приятно. Враг постарался и выучил хотя бы одну фразу.

Говорил кто-то из их главных. Это понятно, как по одежде, так и по ауре, исходящей от него. Высокий крупный загорелый мужчина, ранг, пожалуй, четвертый, вытянул в мою сторону свой изогнутый клинок, обнажив золотые зубы в кривой ухмылке.

— Ты мне? — уточнил у него, отчего тот сразу перестал улыбаться.

— Да! — рыкнул он.

— Или ему? — указал на Черномора.