Вот только им оказался Марк, который спал сидя, привалившись плечом к стене дома. А рядом стояла початая бутылка алкоголя.

***

Должна признать, этим утром Марк вел себя странно.

От такого, как он, я ожидала, что он, как минимум, запрется вместе со мной в кабинке для переодевания. Или пройдется язвительными комментариями по моему внешнему виду в купальнике.

Он не сделал ничего из этого.

Пока я переодевалась, он умылся и почистил зубы купленными в супермаркете принадлежностями в туалете на берегу, который своей чистотой мог дать фору даже домашним, а после сходил в таверну через дорогу и принес кофе в больших пластиковых стаканах и контейнеры с завтраком.

И все это молча. Без намеков о том, чтобы повторить вчерашнее. Без раздевающего взгляда и кривой ухмылки на губах.

— Фраппе, — только и сказал он. — Один с сахаром и молоком, второй без всего этого. Не знал, какой ты пьешь.

Что такое фраппе я уже знала, вчера меня им угощал Тадеуш. Выбрала то, что с сахаром и молоком.

Марк вернулся из таверны в тот миг, когда я как раз собиралась расплатиться с мальчиком на пляже за шезлонги, но Марк одним жестом велел спрятать деньги и сам бросил пареньку пару слов на греческом.

Пацан сразу скис. Рассчитывал на десять евро, в итоге за два шезлонга, столик и зонт получил не по тарифу для туристов, а как для своих. Все пляжи на Кипре городские, даже элитные отели не обладают своими личными пляжами, а гости все одинаковы и платят только стандартный тариф на пляже за пользование шезлонгами.

В контейнерах оказались любимые киприотами «мезе» — я уже знала, что это закуски и аперитивы. Сбрызнутые оливковым маслом поджаренные лепешки были еще горячими. Крупные кристаллы соли медленно таяли в масле от жара раскаленных на гриле лепешек.

— Что это за специя? — спросила я. — Она везде. В греческом салате, на пиите, на соусах.

— Орегано, и его действительно не добавляют только в десерты, — ответил Марк. — Кажется, это душица по-русски."

"Я обмакнула лепешку в белый сливочный соус. Зажмурилась, когда почувствовала переплетения остроты чеснока, свежести огурца и мяты.

— А это?

— Садзыки. Его по-разному произносят, я предпочитаю этот вариант. Краеугольный камень греческой кухни.

Ткнула пальцем в розоватую икру с долькой лимона и присыпанной орегано сверху.

— А это?

— Тарамосалада.

— А это баклажанная икра?

— Мелидзаносалада, да.

Глоток холодного сладкого кофе и во рту просто взрыв вкусов. Гастрономический оргазм. Не сдержала стона. Не сдержалась, облизала пальцы от масла и соли. Вдохнула полной грудью терпкий запах моря.

Со стороны Марка никакой реакции.

Может быть, ему просто плохо после вчерашнего? Может быть, действительно не стоило тащить его на пляж, а лучше было дать выспаться?

Марк ест молча.