И где проводила ночи с мужчиной, которого любила и который никогда не мог принадлежать ей.

Прежде Эмбер не чувствовала такую близость со своей тезкой. Словно они были сестрами и их не разделяло больше полутора века.

Она тоже последовала зову сердца… и потеряла его в Лунном павильоне.

Эмбер закрыла глаза, когда самолет в очередной раз затрясло.

– Все в порядке, – сказал Кадар, накрывая ее руку своей.

Как бы хотелось, чтобы так оно и было!

Эмбер уезжает. Прямо сейчас она собирает свои вещи и готовится ехать в аэропорт. Кадар стоял возле окон, по которым стекали струи дождя, и смотрел на Мраморное море, ставшее серым под нависшими свинцовыми облаками. Корабли казались размытыми пятнами.

На сердце у него было неспокойно.

Он привык, что Эмбер рядом.

Более того, ему это стало нравиться.

Однажды возникнув, эта мысль продолжала биться в мозгу.

Ему будет ее недоставать.

Ее глаз. Улыбки. Того, как она забывалась в его объятиях, когда они вместе качались на волнах экстаза. И, несмотря на его первоначальное недоверие и сомнения относительно ее порядочности, в характере Эмбер было то, что Кадару нравилось. Она покорила сердца жителей Бургука… Она чистила апельсины, окруженная детьми…

Кадар задумался. За исключением повышенного интереса к драгоценностям она не совершила ничего предосудительного. Впрочем, разве это преступление – восхищаться прекрасными ювелирными изделиями? Может, Эмбер в самом деле не знала, что совершает преступление, когда пыталась купить монеты у того старика?

Что, если с самого начала ошибся именно он? Если Эмбер воровка, разве смогла бы она устоять перед соблазном завладеть чем-нибудь? В Лунном павильоне добра хватает.

Кадар размышлял, пытаясь понять характер женщины, которая нежданно и независимо от его воли вошла в его жизнь и завладела всеми его мыслями.

Он взъерошил волосы и отвернулся от окна, не понимая Эмбер и не до конца понимая самого себя. Если она невиновна, тогда он относился к ней кошмарно; достаточно вспомнить, что он очернил ее перед Мехметом. Как возмущена она была, узнав, что он назвал ее воровкой!

Почему он встал в позу судьи? Да, он пытался доказать Мехмету, что Эмбер ничего для него не значит, но разве это оправдывает его?

И разве это правда? Что, если она уже начала что-то для него значить? Разве скучают по людям, которые ничего не значат?

Несколько чудесных дней с ней, а затем – целая жизнь без нее.

Все равно что жизнь без солнца. Невозможно!

Но разве он не хотел, чтобы Эмбер исчезла из его жизни? Впрочем, это трудно назвать жизнью. Пустые дни, встречи с женщинами, их отвращение при виде его шрамов и нескрываемое облегчение при прощании. Жизнь, полная череды мимолетных, ничего не значащих встреч.