Впервые в жизни Эмбер повела себя столь бесстыдно. Только сняв топ, обувь и джинсы, оставшись в своем практичном, абсолютно не сексуальном белье, она снова оробела, обхватила себя руками и подняла глаза к потолку. Боже милосердный, мелькнуло у нее в голове, о чем она думала, решив вести себя, как стриптизерша? И почему она вообразила, что у нее получится быть соблазнительной?

Кадар убрал руки Эмбер, легко преодолев ее сопротивление и, взяв женщину за подбородок, заставил посмотреть на себя.

– Почему ты остановилась?

Эмбер тряхнула головой, с трудом заставив себя не отводить глаза.

– Я… не так уж хороша и не буду притворяться, что могу быть такой, какой не являюсь, – через силу призналась она.

– Не так уж хороша? – эхом откликнулся Кадар, взял ее руку и положил на свою горячую плоть. Эмбер почувствовала, как она пульсирует, и из ее легких вышел весь воздух. Эмбер была смущена, но Кадар приковывал ее взгляд. Такой восхитительно твердый, а кожа под рукой гладкая, как атлас… – Ну как? Ты по-прежнему считаешь, что недостаточно хороша для соблазнительницы? – спросил он, и в его голосе появились хрипловатые нотки.

Эмбер заморгала, когда он сдернул резинку, удерживающую ее волосы. Они шелковым покрывалом упали ей на плечи.

– Ты красивая женщина, Эмбер. Красивая и желанная. Поверь в это!

Пока Кадар нежно перебирал ее волосы, пропуская их между пальцами, пока она чувствовала его подрагивающую, словно дышащую, плоть, она была готова в это верить. А затем он снова поцеловал Эмбер. Его руки гладили ее плечи и спину, он расстегнул ее бюстгальтер. Он упал на пол, прохладный воздух обдал ее груди, заставляя соски затвердеть. Не отрываясь от ее губ, Кадар коснулся их подушечками пальцев, и Эмбер была не в состоянии сдержать охватившую ее дрожь. Он ласкал соски, пока они не превратились в тугие бутоны, а внизу ее живота возникла тягучая боль от неутоленного желания. Все чувства Эмбер ожили. У нее возникло ощущение, что она пробудилась от долгого сна, как оживают поникшие от жары цветы под теплыми каплями дождя.

У нее словно больше не было костей. Она стала мягкой, податливой глиной в опытных руках мастера, способного придать ей любую форму, какую он пожелает.

Кадар подхватил Эмбер на руки, словно почувствовав, что ее колени вот-вот подогнутся, но привел ее в изумление, пройдя мимо кровати.

– Куда ты идешь?

– У нас впереди целая ночь. Нам некуда спешить. Душ поможет тебе расслабиться.

Эмбер бросило в жар от такой перспективы. Будет чудом, подумалось ей, если от соприкосновения с ее телом вода не превратится в пар.

Такую ванную комнату ей видеть еще не доводилось.