И прямо на поверхности, под моей ладонью загорается, подмигивает зеленым светом одна из его многочисленных тату-рун.

Меня бьют по руке, и может быть заслуженно, зачем я полезла щупать мужчину, но все равно обидно. Я без умысла, это же ясно. Может у меня палец соскользнул?

Отшатнувшись, он одернул ворот и пару секунд изучал меня, играя желваками.

— Я не приставала! — подняв ладони в защитном жесте, попыталась добавить убедительности в голос, а внутренне — была в ярости на саму себя. Идиотка, утверждать, что парень вообще не нужен, а потом лезть ему под рубашку. Как, как я могла так поступить?!

А с другой стороны, минуточку, почему он активировал энергию…

Он отступил на шаг. Молча. Умеют нобили показать место одним таким пренебрежительным отшагиванием. Словно стоять рядом — неприятно.

— Не задерживаю, Маккой. Беги куда хотела, но ты меня, надеюсь, услышала.

Почему он делал вид, что касания не было. Да не вопрос, я не настаиваю.

— Сама тороплюсь. И свое мнение тоже сообщила.

Наши взгляды схлестнулись в воздухе с неслышным лязгом, будто скрестились мечи и опустились готовые к бою забрала.

Я резко развернулась и широким, но! не бегущим шагом пошла за формой. Как он там назвал меня? Мясом и слабачкой? Кулаки сжимались и разжимались, хотелось шипеть рассерженной кошкой. И ведь ничем не могла противостоять, он намного превосходил меня физически.

Несмотря на пренеприятную стычку, я чувствовала себя редкостно бодрой духом и готовой давать отпор. В конце концов, ничего плохого не произошло. Высказались, выяснили отношения. Теперь будем держаться подальше друг от друга. Я потерла немного занемевший палец и зашагала быстрее.

Глава 3

Беги, Стелла, беги

Лопатка ныла, не унимаясь. Болезненность сигнального тату, заменяющего в академии ключи, порядком испортило нам с Моникой настроение. Да и в целом не все ладилось.

Мы прибыли в женский отсек самыми последними, когда никто прибавления уже не ждал, а в большой семье кто первый встал, того и завтрак.

Комнат оказалось три, соединенных общим холлом. В одной разместились две наши одногруппницы из Гамма. Зато студентки из Альфа и Бета оккупировали каждая по отдельной комнате и отказывались их делить с кем-бы то ни было.

Глория и Эстер оказались очень похожи между собой, некрасивые, с покрашенными в нечто неопределенно темное, тусклыми волосами. Обе истеричные, словно делящие двор курицы.

Я терпеливо указывала на две кровати в каждой комнате, Моника стучала себя по лбу и призывала не быть слепыми, в списках указано количество поступивших девушек. Но те в упор не помнили никакие списки, наперебой утверждая, что «без вас было хорошо, зачем пришли».

В итоге нам освободили комнату, но чуть не плевали вслед.