Я человек пропащий, да смилуется Господь над моей душой. Если подумать, так мне особо нечего сказать. Тидер зашла сюда поговорить со мной. Мол, я должен порвать с Полли Друс или ответить за последствия. Иными словами, она расскажет все не только моей жене, но и сквайру, и его леди, опозорит Полли. Я так возмутился, что послал Тидер ко всем чертям. Она оставила мне какие-то брошюры, но я не стал их читать, просто сунул в карман. Так вот, она доложила моей жене и сквайру тоже. В понедельник Полли сказала мне, что миледи объявила ей об увольнении. Я обещал позаботиться о ней. И еще добавил, что пойду к Тидер и выскажу ей все.
Наверное, потеря работы заставила Полли выйти за молодого Эллимана. Он всегда вздыхал по ней, еще до того как его призвали. Но тогда она предпочла меня. Думаю, из-за моих денег. Что ж…
Уикс тяжело сглотнул, повернулся к угловому буфету, подергал дверцу, убедился, что она заперта, и в приступе внезапного гнева рванул ее, выворотив замок. Он достал бутылку с виски, наполнил стакан до половины и опрокинул в себя.
– Так-то лучше. Хотите выпить, инспектор?
– Нет, спасибо.
– Так вот, я принялся высматривать мисс Тидер, чтобы устроить ей разнос.
Взял одну из ее листовок и написал на ней самое грубое слово, какое только знал, – хотел показать ей, что мне все теперь нипочем. Я увидел ее в среду утром около одиннадцати часов: заметил, как она переходит Эвингдон-роуд, чтобы пройти коротким путем через поле возле дома пастора. Я тоже находился на Эвингдон-роуд, вот и поспешил следом. Перехватил ее как раз посреди поля. Спросил, что она затевает, а потом говорю: «Что до ваших трактатов, возьмите-ка это». И сую ей листок с бранной надписью. Тидер даже не взглянула на него.
Зажала в руке и напустилась на меня, начала оскорблять. Это я бы еще стерпел: ведь тоже в долгу не остался, отвел душу, разделал ее на все корки, да-да, – но когда она завела речь о Полли, рассвирепел. «Скажете еще хоть слово о ней, и я вам дам по губам, чтоб не врали». А она еще пуще разошлась. Тогда я совсем потерял голову. У меня в руке мотыга была – я выпалывал чертополох на своей лужайке. Я даже опомниться не успел, как взмахнул мотыгой и ударил Тидер тяжелой ручкой. В бешенстве стукнул сильнее, чем хотел. Она упала и затихла.
– Кто-нибудь находился поблизости в это время?
– Нет.
Я не мог оставить Тидер там, посреди поля. Я посмотрел на нее. Она не шевелилась. Потрогал – она была как мертвая. Я убил ее. Тут я словно обезумел. Поднял Тидер, отнес к изгороди и оставил там, под кустами.
– В какой части изгороди?
– Возле прохода между деревьями, что ведет к пасторскому дому. Я оставил ее там, потому как не знал, что теперь делать. Оставалось лишь надеяться, что никто меня не видел. Может, люди решат, будто ее лягнула лошадь, или нечто подобное, подумал я.
Комментарии
Добавить комментарий