Я не часто бываю на улице Ты же знаешь, все время пропадаю в мастерской. У меня много работы. Только закончу одну картину, а в голове уже возникла другая. И так без остановки.

– А ты не думаешь где-нибудь выставляться?

– Пока нет. Не испытываю такой потребности. Главное – моральное удовлетворение.

– Морального удовлетворения не бывает без материального. Тебе нужно выставляться. Люди будут покупать твои картины, ты сможешь получать за них деньги. Мы еще поговорим об этом.

– Твоя сестра художница? – как-то слишком любезно спросила Светлана и приветливо взглянула на меня."

"– Художница. Только упорно не хочет показывать свои работы. Я поставлю на этом добровольном затворничестве жирную точку.

Когда мы въехали в наш коттеджный поселок, Светлана открыла рот и с восторгом рассматривала навороченные, дорогие дома.

– Боже мой, живут же люди! вслух удивлялась она.

– Да, здорово. Тут живет продвинутая, обеспеченная публика с большими бумажниками, – засмеялся Роберт. – Скоро приедем.

– Твой отец был богат? Почему ты никогда мне о нем не рассказывал?

– Потому что я почти с ним не жил. Еще ребенком он отправил меня в Англию, а потом предоставил полную самостоятельность.

Мне захотелось сказать Светлане какую-нибудь гадость, но я все же смогла себя сдержать и промолчала.

– Добро пожаловать домой, братишка, – наигранно улыбнулась я Роберту, как только мы въехали в ворота.

– Спасибо, – чуть было не прослезился брат и обнял меня.

Я искоса следила за реакцией его невесты. Светлана смотрела на дом такими восторженными, сумасшедшими глазами, что я даже ненароком подумала, не потеряла ли она рассудок. Она заметно покраснела, тяжело дышала, нервно курила, сбрасывая пепел прямо себе на туфли, в общем, казалась тяжело больной…

Слегка откашлявшись, я чуть слышно спросила Роберта:

– Ты уверен, что с твоей будущей половиной все в порядке?

Роберт посмотрел на свою спутницу любящим взглядом.

Я уже и сам отвык от всего этого, – кивнул он на дом и весело мне подмигнул.

– Ничего, привыкнешь, – задумчиво сказала я и закрыла ворота. К хорошему привыкаешь быстро. Вот к плохому трудно привыкать.

Открыв дверь, я гостеприимным жестом пригласила брата:

– Проходи и вспоминай.

Роберт сделал несколько шагов, остановился и посмотрел на меня ничего не понимающими глазами.

– Женька, где здесь свет включается? Темнотища, с ума сойти!

– Ах, свет… – Я прошла вперед и щелкнула выключателем.

Гостиная озарилась ярким светом, люстры заиграли множеством разноцветных огоньков.

– Просто я никогда не включаю свет, – растерянно сказала я и с грустью посмотрела на стоящий на полу подсвечник.

– Ты что, сестренка?! Как можно жить без света? Такая девица-красавица, а сидит в темнице! – засмеялся Роберт и поставил сумку на пол.