— Я подумала, что мне уже пора перестать в своих решениях полагаться на других, — признаюсь я. — У меня не было своей жизни, потому что я жила делами мужа, растворялась в нем. Так было проще: за себя же ничего решать не надо.

Это понимание оказывается внезапным, как будто с рождением Реи во мне родилась и новая я. Вард только гладит меня по спине, по волосам.

— А тут… Я оказалась полностью в твоей власти. Снова удобно: если я кому-то принадлежу, значит, и решать ничего не надо. Я же сначала даже хотела поискать информацию о метке, но сколько раз дошла до библиотеки? — усмехаюсь своей собственной “целеустремленности”. — В тот момент, когда я почувствовала, что тебе плохо, я поняла, что либо я решаюсь на что-то, либо… могу потерять нечто очень ценное.

Да. Это был первый мой самый настоящий серьезный выбор. Именно я решила, что так надо сделать, несмотря на все препятствия, которые были в тот момент.

— Моя смелая юная драконица, — шепчет Вард и обхватывает мое лицо ладонями. — Я прекрасно помню, что ты мне там сказала. Три важных слова, которые вернули меня в сознание.

— Я тебя люблю, — повторяю я уже вслух, чтобы доказать, что я сказала это не просто так. Я правда это чувствую.

— И я тебя люблю, Марика, — голос Варда становится хриплым. — Люблю так сильно, что иногда не знаю, как с этим жить. Когда я думал, что могу тебя потерять, мне казалось, что мир рушится.

— Этого не случится, — говорю я с полной уверенностью. — Мы прошли через слишком многое, чтобы теперь потерять друг друга.

Пар от источника окутывает нас теплой пеленой.

— Хочешь… Искупаться? — спрашивает он, но в голосе я слышу гораздо больше, чем предложение окунуться в источник.

От предвкушения по телу пробегает дрожь, и я не выдерживаю, сжимаю пальцы на рубашке Варда и притягиваю его для поцелуя. Он не медлит ни мгновения, касается моих губ не спеша, нежно, чувственно, лаская так, что начинает кружиться голова.

Оторвавшись от поцелуя, он разворачивает меня спиной к себе и аккуратно спускает платье с моих плеч, касаясь кончиками пальцев каждого открывшегося участочка кожи, пока не доходит до того места, где была метка.

— Ее нет, — хрипло произносит Вард. — Вы с Реей действительно справились.

— Ты… расстроен? — с легкой улыбкой спрашиваю я.

— Безумно рад. Ведь я теперь точно уверен, что ты будешь рядом со мной только потому, что сама этого хочешь. Так ведь? — он склоняется к самому уху, и его дыхание обжигает мою шею.

А потом его сменяют нетерпеливые поцелуи, сбегающие от чувствительного места за ухом к основанию шеи и плечу.

Вард подхватывает меня на руки и несет в чашу, наполненную горячей водой. Она обволакивает кожу, смывая остатки страха и напряжения.