Он отодвинул в сторону тарелку Селии.

— Что ты хотела сказать?

— Я слишком долго позволяла тебе содержать меня, — быстро произнесла она, словно эта фраза давно хотела вырваться наружу.

Что за ерунда? Мир, что ли, перевернулся, а он не заметил?

— Мама, это глупости. Я так обязан тебе. Я хочу подарить тебе все это — все, что ты хочешь.

— Ты мой сын. — Она потрепала его по руке. — Это была моя обязанность заботиться о тебе. Ты мне ничего не должен.

— Мама, эти деньги для меня совсем не важны. Я не замечаю этих трат. — Малколм мог закончить концертные выступления еще несколько лет назад.

— Дело не в этом, — гордо бросила она, складывая руки на груди.

— Для тебя — может быть. Но не для меня. Я не могу позволить тебе снова напрягаться на работе. — Накопившееся за эти годы чувство вины было так сильно, что он не знал, сможет ли когда-либо преодолеть его. — Я просто не могу, мама.

— Ну, я не собираюсь жить в жуткой нищете. — Она весело рассмеялась. — Я привыкла к хорошей жизни. И, может, она мне просто немного наскучила.

— Что ты имеешь в виду? — Он пытался понять смысл ее слов, действительно пытался, но, очевидно, не мог разгадать души двух самых важных женщин в своей жизни.

Терри Анн сделала глубокий вдох, как бы набираясь решимости, затем продолжила:

— Твои огромные средства могли бы позволить твоей старой матери пройти обучение? Я хотела бы открыть фирму, обслуживающую бюджетные свадьбы и банкеты. Когда я сказала, что привыкла к хорошей жизни, я не шутила. Я хотела бы поделиться этими радостями и вкусностями жизни с теми, кто думает, что никогда не сможет позволить себе это."

"Малколм был поражен. Но изложенный ею план выглядел очень убедительным. Все сходилось, и он был рад за мать.

— Я думаю, это отличная идея. Но мне интересно, почему это тебе пришло в голову?

— Я прочитала в новостях про тебя и Селию, потом узнала про нее. Она могла жить беззаботно на деньги отца, но поступила по-другому. Она трудилась. Это замечательно, сын.

Терри Анн была права. Селия нашла себя. И это делало ее сильнее и увереннее. Она не раз говорила ему, что уже не та избалованная эгоистка, но понял ли он смысл ее слов? Принял ли? Малколм постарался задуматься над словами матери. Видимо, мужчине никогда не поздно прислушиваться к словам своей матери.

— Малколм, на тех фотографиях было видно, как любят ее ученики, как любит она свою профессию.

Это может показаться странным, но я никогда не думала, что работа значит так много. Для меня работа была просто средством прокормить нас. Да и выбор был небогат. Благодаря тебе теперь у меня есть выбор…

Раздался крик.

Это был голос Селии.

Что случилось?

Малколм вскочил, уронив стул, и бросился вверх по лестнице. Селия не переставала визжать, к ее крикам примешивались мужские возгласы.