Занимаясь поручениями, я, когда появлялись свободные минутки, заглядывала в вопросы, чтобы хоть немного их подучить. Нужно было проштудировать середину, раз так велел Большой Босс. Мне уже двадцать один год, а я чувствовала себя семнадцатилетней студенткой!

Да еще эти сплетни. Как я ни старалась не обращать на них внимания, все равно думала об этом и переживала. Я прекрасно знала, что такое женский коллектив: в школе, в университете, на работе – все одно и то же. Женщинам обязательно нужно кого-то ненавидеть, кому-то завидовать, а кого-то жалеть. Я всегда старалась абстрагироваться от злых языков, никогда не лезла с дружбой к тому, кто сам этого не хотел, была одинаково приветлива со всеми и готова прийти на помощь.

Из-за этого многие считали меня мямлей и размазней. И это еще мягкие эпитеты. Но я не обижалась, считая ниже своего достоинства реагировать на подобное. Мало кто способен на бескорыстные поступки. Я ценила таких людей. Даже Милый Босс хоть и померк для меня из-за своей любвеобильности к прекрасному полу, но тем не менее был добр со мной и другими коллегами, словно заботливая мамочка, готовая всех выслушать, утешить. "

"Я прыснула со смеха, представив, как Роман Аристархович стоит в домашнем передничке с рюшками у входа в наш отдел, а вокруг него собираются мои коллеги, а он всех-всех хочет обнять. Забавная картинка!

– Ох, – одернула я себя, что-то опять Милый Босс занял все мои мысли.

Вечером меня опять встречал Артем с предложением проводить до метро. Я пожала плечами, но предупредила, что тороплюсь.

– Куда? – поинтересовался Панфилов, а я с кислой улыбкой подумала о конспекте.

– Готовлюсь к экзамену. Сегодня не сдала, завтра опять спрашивать будут.

Вот так легко я призналась Артему в том, о чем умалчивала перед остальными коллегами. Панфилов развернул меня к себе за плечо.

– Так ты из-за этого плакала? – удивленно спросил он. Я кивнула.

Как же у нас быстро распространяются слухи! Вот что значит рекламное агентство! Не удивлюсь, если кто-то мою истерику на телефон снял и выложил на Youtube.

Я натянула на уши шапку. Морозный ветер гонял одинокие снежинки по вечернему городу. Они искрились, отражая свет витрин. Город преображался, наряжаясь к новогодним праздникам. А у меня еще подарки не куплены.

В эти выходные пора уже заняться делом.

– Он на тебя что, накричал? – начал заводиться Панфилов, и это было опасно. Не для меня, нет, а для него. И что он собрался делать? Ругаться с начальством, чтобы потом оказаться на улице под самый Новый год?

– Артем, он не кричал. Просто я не сдержалась. Я и так ночь практически не спала, учила. Вот и не выдержала, когда он сказал, что надо еще подучить. Завтра опять будет спрашивать, вот я и спешу домой.

Артем выпустил мое плечо, и я отстранилась от него.