Не потому, что чересчур расслабился, а скорее из-за магического туземного колорита. Когда стемнело и зажглись огни, «туземцы» всё меньше напоминали людей, а всё больше каких-то магических существ из древних сказок. Они танцевали вокруг костра, играли на необычных для меня музыкальных инструментах, пели птичьими голосами. Мелкие пташки вернулись в поселение, кружили на праздником, чирикали, выдавали певучие трели, а им мелодичными и красивыми голосами отвечали «туземки».

Я даже не пытался определить, что это за стиль такой в музыке. Просто смотрел и слушал, впитывал и растворялся во всём этом, пребывая в лёгком трансе. Потом куда-то совсем потерялся Мак. Пропала последняя ниточка в виде перевода, которая соединяла меня с реальностью. А потом нашлись «фанатки» и, к счастью, всё было понятно без слов.

И вот теперь я выскользнул из хижины и прошёлся по поселению. В том, что я видел сейчас, конечно, магии уже никакой не было. Только-только рассвело. Порядок никто навести не успел, всё разбросано, а на полупустых столах хозяйничали воробьи. Хотя некоторые ещё не расходились. За одним столом, уткнувшись в пустую миску, похрапывал «туземец». Маска была свёрнута в сторону, так что издалека я даже не сразу понял, что он живой. За другим столом пьяно перешёптывались ещё двое, видимо, самые стойкие. Разговор у них шёл медленно, казалось, что после каждой фразы они на пару минут засыпают.

А под третьим столом я нашёл того, кого искал — Мака. Ну или то, что от него осталось. Я вытащил его из-под стола, выслушав кучу каркающих оскорблений, и макнул его в ближайшую бочку с водой. Возмущённое «карканье», сразу же сменилось на обиженное «кудахтанье», но постепенно он проснулся. Ровно настолько, чтобы понять, что я от него не отстану. И через час мы были готовы выходить.

— Ты не подумай, — попытался оправдаться он. — Мы просто редко так гуляем.

— Но метко, — кивнул я.

— Точно, — зевнул Мак. — В этом сезоне синдиков ещё не было, а прошлый выдался не самым лёгким. Эти «Искатели» ещё появились, пришлось раньше уходить, мосты за собой разбирать. Нервно это всё. Вот и расслабились люди.

— Можешь не объяснять, — я махнул рукой, прекрасно его понимая. — Лучше скажи, долго нам идти? Ты выдержишь?

— Часов восемь. Из долины выйдем, перевал перейдём, а дальше ты сам, — сказал Мак. — Я тебя мимо аномалий проведу и покажу место. Просто издалека. Мне, знаешь ли, одного раза хватило. Чего я только там не натерпелся…"

"Мак замолчал, не став вдаваться в детали, и махнул рукой на нужную нам тропинку. И мы пошли. Сначала по протоптанной дороге, потом через лес. Потом куда-то в обход, видимо, мимо тех самых аномалий, которые я так и не увидел. Потом в горку, потом по горке и с горки. Топали и топали, практически никого не встречая.