Я почти добрался до гребня, идущего между вершинами, и, следуя за потоком, свернул в сторону меньшей. Внутренне дважды обрадовался. В первый, что на самую верхотуру в снега не придётся лезть, а во второй, что у меня есть проводник, без подсказок, я бы здесь точно ничего бы не нашёл.

Но долго радоваться не пришлось. Путь хоть и вёл на вершину поменьше, но менялся, став в итоге отвесным. А потом и ветер пропал, оставив меня на скале рядом узкой дорогой, огибающей вершину. Каменная метровая полоса, а внизу пропасть, дно которой терялось в туманной дымке. Выбирать не приходилось, так что я не стал ждать аномального ветра и ступил на тропинку.

Поначалу было неплохо, даже какая-то растительность кое-где пробивалась из трещин. Но чем дальше я шёл, тем тропа становилась уже. Восемьдесят сантиметров, пятьдесят, тридцать…

И в итоге дорожка сузилась, превратившись в узкий карниз. Чёртов овринг! Никогда их не любил. Как говорят таджики, а вместе с ними и Купер (которому понравилась поговорка): Путник на овринге, как слеза на реснице. В том смысле, что соскользнуть в любой момент может…"

"Ещё и сама стена, вдоль которой я пробирался, стала неприлично гладкой. Ни единого выступа, будто её сотни лет полировал ветер, который, к слову, так и не появился. Я слышал, что он гудит где-то выше, а из пропасти периодически доносились отголоски каких-то крикунов, но чувствовал я себя откровенно одиноко. За спиной скала, вокруг пустота, а в голове только одна мысль: зато кризис откладывается. Шакрас и тот притих, затаившись где-то у меня в пятках. Но, уверен, что это не реакция на чуждую стихию, а просто попытка укрепить мне ноги, и заставить меня под них смотреть. Что сложно было сделать, учитывая, что и винтовку, и рюкзак я перевесил на грудь.

Последние метры я уже не просто шёл прогулочным шагом, я вжался спиной в холодный камень и приставными шажками сдвигался вбок. Осторожно, сантиметров по десять, стараясь, чтобы груз меня не перевесил, затянув в пропасть. И чтобы ничего не хрустнуло под ботинком…

Чёрт!

Но не хрустнуло. Оказалось, что хрустеть больше-то и нечему. Карниз неожиданно оборвался, зато на краю нашёлся наскальный рисунок в виде крестика. А, возможно, перекрёстка?

Тут же снова задул ветер. Помешал мне осмотреться, дёрганно подтолкнув дальше в пропасть. Я удержал равновесие, сбросив в пропасть попавший под ногу камешек. Прислушался, но звука падения не услышал.

Интересненько. А в первую очередь интересно, как Птичьи тут со своими палатками и всем скарбом путешествуют? Должно быть что-то, ну или надо признать, что дорога ветра — это всё-таки не моё. Попытка осмотреться номер два, и я что-то нащупал. Пока глазами. Примерно в метре от меня из скалы торчала стальная скоба. А дальше виднелась ещё одна, как бы намечая дальнейший путь.