Ряд всё тех же кастомных пистолетов-пулемётов, ящики патронов и, первый раз за всё время пребывания на Аркадии, ящики с гранатами. Предположительно, тоже кастомные, но очень похожие на американские М67. Кругленькие, пузатые, чтобы типа в громовой бейсбол играть. Ага, такое бейсбол нам нужен.

Я рассовал по карманам почти целый ящик, предварительно убедившись, что с точки зрения безопасности, конструктивно всё сделано правильно. И прежде чем услышал шаги на лестнице, успел оставить один неприятный сюрприз. А потом выбрался через окно, снова оказавшись в тени следующего дома.

Это был трёхэтажный особняк, который можно было назвать хозяйским. Чуйка, по крайней мере, фиксировала наибольшее количество кариам именно там. И среди стражников на воротах, и маляры с патрульными, и в казарме — везде геномы были смешанные с перекосом в стандартных для боевиков кайманов. Но здесь откровенно пахло птичьим духом. В основном на втором этаже, где предположительно были спальни. Дом спал, а свет горел только в одной комнате, и то, пока я ныкался и всё сканировал, он погас.

Вжавшись в стену, я прошёл вдоль дома, аккуратно заглядывая в тёмные окна.

Кухня, столовая, кладовка, кабинет с большой картиной на стене, рабочим столом и огромным сейфом в углу. Ещё не решив, как буду его открывать, уже начал выдавливать фрагмент стёкла возле щеколды. Повозился немного, пока оно не треснуло, и приоткрыл одну створку. Скрипнуло, а до этого звякнуло, но «Аура тишины» должна была справиться. За углом послышались шаги, донёсся запах табака и прилетело дымное облачко. А когда оно развеялось, я уже был внутри. Замер на полу под окном, прислушиваясь к шагам. Кто-то там потоптался, видимо, решив сначала докурить, прежде чем идти дальше.

Я ждал. И просто рассматривал комнату. Вгляделся в сейф — слишком уж он привлекал внимание. Слишком попахивало от него ловушкой или капканом (по версии шакраса). Рядом с ним на стене висела даже не картина, а, скорее, деревянное панно, собранное из разных элементов. По краям резьба по дереву — объёмное изображение фороракосов, в центре — большая (почти плакат) чёрно-белая фотография. Старая, в духе селфи первых поселенцев.

Люди и птицы, сразу реципиенты и доноры. Жуткий динозавр с огромным клювом посередине, рядом с ним не менее жуткий дедок со взглядом маньяка.

А по бокам, вероятно, сыновья, каждый с выводком птиц поменьше. Все мелкие чутка размыты, будто не дождались, пока вылетит птичка. А самый здоровый спокойно застыл, даже клюв открыл в подобии улыбки. Я присмотрелся получше — глава семейства придерживал птицу за тонкий ошейник, очень похожий на мои браслеты.

Я перевёл взгляд с фотографии на стеклянную квадратную рамку вверху панно — точно ошейник, и точно из каталога Древних артефактов.