- Скажите, Анна, - я все-таки решился задать вопрос, который меня так мучил, - вы помните мужчину, с которым танцевали несколько дней назад на балу?"

"- Конечно, - она обернулась и с улыбкой посмотрела мне прямо в глаза. - Он умер, погиб, я слышала об этом по телевизору. Вы хотите спросить, как я живу со всем этим?

- Ну, в общем... - все нужные слова мгновенно вылетели из моей головы, ибо такой прямоты я, признаться, не ожидал. - Наверное, это очень трудно: знать, что любой мужчина, который вас полюбит, обязательно умрет.

Анна расхохоталась, звонко и переливчато.

- Как интересно вы говорите! Любой мужчина, который меня полюбит, обязательно умрет.

.. Все мужчины обязательно умрут, это закон, так устроена жизнь. И вы тоже умрете. В этом смысле на мне не лежит никакой ответственности. Просто те мужчины, которые захотят меня завоевать, увлечь, женить на себе и все такое, вот эти мужчины умрут несколько раньше. Но какая, в сущности, разница, раньше или позже, все равно результат один и тот же.

- И вам их совсем не жалко? - подивился я такой откровенной циничности.

- Их? Нет, не жалко. Они сами этого хотели. Их честно предупреждали и посторонние люди, и я сама.

Но они сделали свой выбор. Почему нужно жалеть людей, которые делают сознательный выбор и готовы пожинать плоды своих решений? По-моему, эти люди заслуживают не жалости, а уважения.

- А вы? Разве вам себя не жалко?

Анна посмотрела на меня с нескрываемым изумлением.

- Почему я должна себя жалеть? Разве со мной что-то не так?

- Но ведь вы не можете никого полюбить. То есть нет, не так... - Я отчаянно путался в словах, пытаясь выразить мысль, только что пришедшую мне в голову. - Вы можете встретить мужчину, к которому потянется ваша душа, но вы будете знать, что если он ответит на ваше чувство, то в ближайшее время умрет и вы снова останетесь одна.

У вас остается только два пути: или любить его и принести в жертву року, который над вами висит, и в итоге потерять любимого, или не пускать любовь в свое сердце и, сцепив зубы, вычеркнуть такого мужчину из своей жизни. Разве это не страшная участь?

Она аккуратно положила кисть на кусок картона рядом с ведром, сделала несколько шагов и уселась на ступеньку, ведущую на веранду.

- Вы правы, - негромко проговорила она, глядя куда-то вдаль, то ли на дом с противоположной стороны дороги, то ли на птичку, спрятавшуюся в густой кроне дуба.

- Но никто никогда не думал об этом так, как вы. Все говорят только о том, что случается с теми, кто приближается ко мне. О том, как живу я и что происходит со мной, не думает и не говорит никто. Вы - первый. Знаете, меня никогда в жизни никто не пожалел. Ни разу.

- Почему? Рядом с вами не было тех, кто мог бы вас пожалеть, посочувствовать вам?

- Никому в голову не приходило, что я нуждаюсь в жалости и сочувствии.