– Полы – чистейший каринейский мрамор! Шелковые феринские ковры! Кругом золото, серебро, хрусталь! А какие гости! Ох! Если бы не твоя выходка, Оливия, ты бы могла сейчас жить во всем этом, а не ютиться в грязной комнатухе! Я уверена, что ты бы могла победить...

В груди что-то щелкнуло. Иногда я не верила, что эта женщина могла произвести нас на свет! Сколько в ней тщеславия и алчности!

- Хватит, мама! – я почти что рявкнула, обрывая очередные глупые и никому не нужные нравоучения. – Ты и понятия не имеешь, что здесь происходит и происходило! Лив, давай еще раз повторим имена невест.

Мать поджала губы, но благоразумно замолчала. Хотя скорее всего, ей просто не хотелось привлекать внимания остальных гостей, которые так же не спеша вышагивали в сторону, где играла громкая музыка. Она же не могла показать себя в плохом свете! Не зря же она готовилась и надела на себя все лучшее сразу. Хотя в нынешней обстановке она не особо выделялась...

Мы с Лив тоже подготовились к торжеству. По-своему. В общих чертах я рассказала все, что мне было известно о каждой невесте, описала внешности и поделилась своим к ним отношением. На всякий случай пояснила местонахождение крыла для невест и напомнила пройденные испытания. Наряды и прически мы намеренно выбрали похожие. За этот месяц живот не вырос совершенно, как в моем кошмаре, более того Лив, даже слегка похудела. Платья - нежно голубые, закрытые, чтобы не привлекать лишнего внимания к резкой перемене в одежде. Все же Оливию де Торренс запомнили, как фаворитку ее высочества и к ней будет особенно пристальное внимание. Главное ей от духоты и нервов не рухнуть в обморок, что было вполне ожидаемо в ее положении.

- Катрина, Амалия, Аманда, Хелена, Бертина, Диана, Ирэна... – Лив заговорила сдавленно, ощущая свою вину передо мной и намеренно опустив имена Милены и Фионы. - Но мне нужно обязательно поздороваться с Лейлой. Приглашения на танец мне принимать запрещено, так как я здесь без супруга. Верно?

- Верно, - я кивнула. - И не волнуйся. Если что, я буду рядом.

Перед глазами наконец появилась широкая распахнутая дверь. Звучала легкая ненавязчивая мелодия, звон бокалов и гул голосов, воздух заполнили смесь ароматов блюд и духов. И сейчас я в полной мере ощутила, насколько напряжена. Казалось, еще мгновение, и внутри все оборвется. Я не смогу ступить и шага.

Эдмунд здесь. Где-то совсем рядом. Возможно даже среди всего этого гула звучит его голос. Он язвит Сигурду, или обсуждает с послом политические вопросы, или... Или общается с очередной претенденткой на его сердце. Или на трон. В целом не так уж и важно. Сейчас он мог выбрать любую, его больше ничто не останавливало.