"

"– И что, с детства хотела по дорожке вышагивать? Твоя мечта сбылась. Девочка стала знаменитой, но у медали всегда две стороны. У твоей реверс с гнильцой!

— Все когда-то о чем-то да мечтают, — отвечаю уклончиво, — у некоторых исполняются желания, но это мизерный процент, в основном мечты забываются, а иногда и вовсе обламываются, иные, осуществившись, как в моем случае, приводят к тому дерь… эм… тому, что я имею сейчас…

— Ты можешь не стесняться в выражениях, куколка.

Его голос тихий, и взгляд в ночи кажется особенным, располагающим к откровению в миг перед самым рассветом.

— То, что мы думаем, кем представляем себя в будущем, не всегда происходит в реальности. Вряд ли ты в детстве мечтал стать мафиози.

— Интересные мысли ходят в голове моей игрушки, — тянет задумчиво.

— Я пытаюсь говорить с тобой, Иван! Знаешь, иногда люди общаются, делятся и… я понимаю, что для подстилки слишком много болтаю.

— Ты говоришь не то, что я хочу услышать. Я всегда чую, когда соскальзывают с темы и сейчас хочу услышать ответ.

— Я никогда не мечтала ходить по подиуму! Не думала, что стану моделью.

И если бы не попала к Жабе…

— К кому?

— Жанна. Якобы родственница. Меня отправили в город. Родители хотели для меня лучшей жизни, но попала я к мегере, которая погнала стоять за прилавком, продавать яблоки.

— Твои родители куда смотрели?!

— Я изображала вселенскую радость, когда звонила мама, потому что выхода не было, денег тоже, не всегда перепадало и еды.

— Как эта вся отповедь связана с моим вопросом?

— Мечта у меня появилась тогда. И это, как понимаешь, не связано с шоу-бизнесом, славой и это… это… другое.

Иван с каждым моим словом все сильнее прищуривается.

— Ты все еще не ответила на вопрос.

— Именно тогда у меня появилась мечта! Иван. В доме у Жанны я была не единственной “нахлебницей”. Были еще мне подобные, беспризорники, детдомовцы, которые тетке были выгодны. Государство дает пособия. Так вот, помимо того, что я всем сердцем мечтала, что эта баба сдохнет, случайно свалившись с лестницы, я надеялась, что смогу помочь моему… ему…

Впервые за многие годы я почти произнесла заветное имя и слезы обожгли глаза.

Не забыла. Не смогла. Все еще помню мальчишку с вихрастыми волосами и самой душевной щербатой улыбкой.

— Ему? Кому, Аврора?!

Иван приподнимается, резко нависает надо мной.

— Не заставляй меня вспоминать. Хватит! Наговорились! Я не хочу. У куклы не может быть чувств, так что не береди! Тебе это не нужно, я здесь для одного, так что пользуй тело и оставь мою душу в покое!

— Ты ни с кем не спала до меня. Или всё-таки было что?!

Рычит, вдавливает меня в кровать, пока я трепыхаюсь.