– Ну да, и так его тоже зовут, – согласился подпоручик. – Вот он-то как раз и есть самая лучшая основа для изготовления оружейной смазки. С него и отходов никаких нет, чуть его проваришь, и он уже как топлёное коровье масло с виду становится, даже и запах прямо такой же. Раз в неделю им смазал ружьё и будь уверен: никакая ржа его не возьмёт. Но и это не всё, из костного жира можно и дальше ещё масло выгонять, вот уж действительно лучше этой смазки никакой более нет. Она даже и на лёгком морозце остаётся жидкой. Кропотливое дело, конечно, его производство, потому и дают только помалу на длинноствольные штуцера.

Ох, гляди, командир идёт! – встрепенулся он, увидев знакомую фигуру. – А у меня ещё в пионерской лаборатории с гренадами не закончили. Быстрее, быстрее, братцы, командир полка с осмотром сюда подходит! – крикнул он, подбадривая егерей.

– Ваше высокородие, заканчиваем разгрузку костного материала для производства ружейной смазки! – частил, рапортуя, невысокий молодой офицер. – В пионерской лаборатории доделываем партию гренад, осталось закрепить к ним только запальные шнуры.

Отборные стрелки с мастерами занимаются нашим ремонтным и трофейным оружием. Докладывает командир оружейной полковой команды подпоручик Вьюгов!

– Хватит вам этого для костного жира и масла? – Бригадир кивнул на сани.

– Так точно! – рявкнул подпоручик. – За месяц бы всё переработать, ваше высокородие, очень уж муторное дело.

– Это да-а, – согласился с ним тот. – Из нефти бы нужно смазочное масло выгонять, да вот мало её очень завозят, а в аптеках перегонки не накупишься. Жалко, что Ухтинский промысел у нас совсем забросили, хоть самому партию туда отправляй или в ту же Башкирию.

Пошли, Семён, покажешь, сколько у вас там гренад всего получилось.

В отдельно стоящей от других зданий пионерской лаборатории в это время шла финишная сборка ручных метательных снарядов. Дело было ответственное, не терпящее никакой суеты и спешки. Дюжина егерей, каждый у своего небольшого столика-верстака, отмеряли положенную длину фитильного шнура и, вставив его в запальную трубку, далее вкручивали в уже снаряжённую круглую гренаду. Запальное отверстие тут же смазывали особой густой смесью, которая потом затвердевала, не пропуская внутрь снаряда влагу.

– Сидите, сидите, братцы! – крикнул Егоров, увидев, что пионеры вскакивают. – У вас работа важная, никак нельзя вам отвлекаться. Мы тут с командиром в сторонке постоим, чтобы вам не мешать. Сколько наготовили всего, Семён Иванович? – обратился он к Вьюгову."

"– Сотню обычных ручных, разрывных, – начал перечислять подпоручик, загибая пальцы на руке. – Три десятка разрывных для дальнего заброса ременной пращой, с дужками.