– Видишь, как драгуны с казаками у дороги на равнине сильны, а в горах им уже не развернуться, тут только пешим стрелкам действовать. Пару месяцев поможете Булгакову, а потом обратно к нам вернётесь. Как только мы укрепимся здесь и возьмём под себя Гянджу, пройдём южнее и встанем лагерем у слияния Аракса с Курой. А уж по весне, собрав в кулак все свои силы, двинем прямиком на персидский Тебриз и Тегеран. Что тебе нужно для выполнения приказа? Проси.

– Вьючные лошади, Валериан Александрович, только они, – ответил Егоров. – С нашими обозными повозками быстрые марши в горах невозможны. Лучшие уж местные одноосные арбы здесь иметь, да и они собьют скорость перехода.

– Будут тебе, Алексей Петрович, вьючные, – подумав, пообещал Зубов. – Александр Михайлович, пригласи ко мне Платова, будем у казаков часть коней забирать, они все одвуконь сюда пришли.

– И бегаем, и бегаем туда-сюда, – проворчал, шагая в растянутом дозорном плутонге, Плахин. – Только ведь недавно этот поворот проходили, три недели миновало – и опять нам назад бежать.

– А чего случилось-то, Семён Иванович, в Баку, что ли, волнения? – полюбопытствовал Гурьев. – Никак гарнизон помощи запросил?

– Да кто его знает, – отозвался капрал. – Нам чего, докладывают, что ли, куда идти нужно? Приказали по дороге бежать, вот мы и бежим. Небось, господа офицеры сами знают, скажут потом.

Полк вышел к Баку к середине сентября. В городе было спокойно, русские местных не притесняли, и они занимались своими делами. Работали мастерские, сидели в кофейнях люди, с башен высоких минаретов муэдзины призывали правоверных на намаз. В порту стояли корабли Каспийской флотилии. На берегу у причалов высилась гора мешков, ящиков и тюков, а рядом стояли караулы солдат."

"– Готовим большой обоз, Алексей Петрович, – поведал командиру егерей Савельев. – Из Астрахани массу грузов завезли и войсковых подкреплений. За дорогу на Шемаху я не беспокоюсь, а вот на Дербентской сейчас опасно. Дня спокойного не бывает: то дозор обстреляют, то на пост нападут. Один обоз разбили, второй насилу смогли отстоять. А уж возле Кубы у Булгакова и вовсе нехорошо, говорят Шейх-Али-хан горские плена волнует и обещает подмогу из Персии.

– Знаю, – проговорил Алексей. – Валериан Александрович поведал обо всём, когда ставил задачу. Дорогу на Дербент мы, конечно, прикроем, но это большого эффекта не даст, нужно самих горцев замирить, чтобы у них желания не было на наши войска нападать, а вот для этого нужно показать силу. Тут, на Кавказе, только лишь её уважают, все договорённости без силовой поддержки ничего не стоят, вон тот же Шейх-Али-хан этому пример.