Подхватываю жестяной горшок и с силой проталкиваю его в узкий проем между окном и доской, чтобы аккуратно раскачать скобу. Гадкая деревяшка долго не поддается, но у меня впереди вся ночь и огромное желание дать себе ещё хоть один маленький шанс.

Стараюсь вести себя тихо и постоянно останавливаясь, чтобы прислушаться и перевести дыхание. Вьюга, мой случайный союзник, поёт свою колыбельную, скрывая шум моей возни.

С первой доской управляюсь долго, успев вспомить всех хосовых ррахов и крепкие словечки кузнеца. Выдрав нижнюю скобу, я радуюсь как маленькая.

Да! У деревяшки против меня просто не было шансов.

Дальше работа идет быстрее. Когда за мутным стеклом начинает светать, я отдираю последнюю скобу. Еще немного вожусь, чтобы выковырять старые ржавые крючки и, наконец, отворяю окошко.

Холодный ветер игриво врывается в комнатку, принося с собой запах свободы.

Зачерпываю рукой горсть снега и с удовольствием отправляю в рот. Жмурюсь от удовольствия, ощущая стекающую по горлу прохладную влагу.

Обувь и тулуп вместе с дедовым кортиком, вчера с меня сняли и забрали, оставив на мне лишь легкое домашнее платье, да толстые носки из пряжи корды."

"Не долго думая, срываю с постели шерстяное покрывало и выталкиваю его за окно, чтобы повесить на внешней створке. Створка угрожающе поскрипывает, словно ворчит, что ей приходится держать на себе такую тяжесть. Простыню за угол привязываю к ножке кровати и выкидываю свободный конец наружу.

Моя очередь. О, Светлые небеса, сделайте так, чтобы получилось!

Встав на табурет, чтобы было удобнее, вытягиваю руки и просовываю наружу вместе с головой. Только бы не застрять. Проем окна такой узкий, что мне приходится пыхтеть и выдыхать из груди весь воздух, прежде, чем удается высунуться до талии. И вот тут меня ожидает подвох. Домашнее платье оказывается не таким уж и безобидным, мешая мне освободить из заточения свою самую мягкую часть. Вот будет картина, если кто-то догадается навестить меня с утра пораньше. От этой мысли вместе по телу пробегает волна липкого страха.

Страх придает мне решимости.

Приходится повозиться, чтобы вытянуть часть ткани юбки наружу. Только после этого удается протиснуть бедра и вылезти полностью. Теперь можно сбросить вниз толстый плед и осторожно, чтобы не наделать шума, спуститься по стене, держась за простыню.

Дом старосты — самый высокий в селении — целых три этажа, обложенных диким камнем. Когда я спускаюсь, мои руки дрожат от напряжения, но страх заставляет сжимать ткань мертвой хваткой. Когда простыня заканчивается, я слегка отталкиваюсь ногами от стены, разжимаю пальцы и приземляюсь в сугроб.

Замираю и мысленно благодарю Светлые Небеса за то, что послали мне вьюгу.

Глава 13. Благословенный дар

Дэниэлла. Селение Шиасс.